– Бросьте, уважаемый! Никакой вы не Игнасио Маранцано, могу поспорить, – махнув рукой, уверенно заявил Морган Платт – тощий, но горделивый и осанистый старик с длинными мушкетерскими усами и бородкой-эспаньолкой. – Вы хотели запудрить мне мозги, явившись под видом официального представителя компании «М-Винчи», но я вас все равно раскусил. Где это видано, джентльмены, чтобы один из сотрудников такой серьезной фирмы носил на службе М-дубль Мичиганского Флибустьера?
– Похвальная наблюдательность, мистер Платт! – удивленно вскинув брови, покачал головой Тремито. Его и впрямь неподдельно впечатлило то, что старый отшельник-мусорщик его раскусил. – У вас превосходная память. До сих пор еще никто в Менталиберте не опознал во мне Мичиганского Флибустьера. Но при чем здесь моя внешность, когда я располагаю вполне легальными документами фирмы, с которой вас связывают долгие деловые взаимоотношения? Неужели вы усомнились в подлинности моего удостоверения?
– Именно это меня больше всего и пугает, – заметил креатор. – Когда такие люди, как вы, напрашиваются ко мне с визитом и демонстрируют поддельные документы, мой слуга выставляет их за дверь в два счета. Но трэш-диггеры, на чьих бумагах красуется официальная М-печать солидной компании, – это что-то новое. А я, признаться, терпеть не могу такие сюрпризы.
– Извините, мистер Платт, я плохо расслышал: как вы нас только что назвали? – переспросил Аглиотти.
– Я назвал вас трэш-диггерами, – повторил Морган. – Или мусорокопателями, если угодно. Ко мне частенько наведываются подобные вам личности. Черная Дыра – это самая гигантская мусорная корзина в Менталиберте. Все мало-мальски знаменитые креаторские фирмы мира сваливают на Утиль-конвейер не только производственные отходы, но и свои секреты. Поэтому неудивительно, что многим промышленным шпионам страсть как не терпится попасть в хранилище чужих тайн. Вот эти люди и стремятся правдами и неправдами проникнуть на Свалку Миров, чтобы порыться в мусоре конкурентов. Причем этим грешат, наверное, девяносто процентов моих клиентов, в том числе и «М-Винчи». Но прежде они применяли другую тактику, намного более эффективную, чем ваша. Способом, какой избрали вы, – проникновение в Черную Дыру официальным путем, – обычно пользуются самые неопытные из шпионов – те, у кого нет доступа к креаторскому оборудованию. Но до сего момента еще ни у одного желающего попасть на Утиль-конвейер через мой служебный ход не было таких безупречных документов. Впрочем, это все равно не дает вам здесь никаких прав – мало ли каким способом вы могли заполучить эти бумаги? В нашем договоре с «М-Винчи», как и в любом другом договоре, заключаемом в этих стенах, четко прописано: вы можете отозвать из моего квадрата любой помещенный вами сюда объект, но вам запрещено самим появляться на территории конвейера.
Доминик многозначительно усмехнулся, откинулся в кресле и, скрестив перед собой пальцы домиком, уставился на креатора своим полусонным взглядом. Почти четыре дня ушло у Аглиотти на то, чтобы добиться этой встречи, однако результат ее складывался отнюдь не так, как предполагалось. После исчезновения беглецов прямо из-под носа Тремито он при помощи пронырливого Ньюмена быстро разобрался, куда те могли скрыться, но дальше началась сплошная полоса невезения. Во-первых, у свободного художника Клода Гомара не имелось лицензии на работу с таким корпоративным оборудованием, как дилит-маркер, и, стало быть, достать его легальным путем креатор сицилийцев не мог. Во-вторых, дон Массимо де Карнерри выразил недовольство затягиванием изначально, казалось бы, несложного дела и о чем-то долго шептался с Гомаром втайне от Тремито. Мнительный Доминик воспринял это совещание за его спиной дурным предзнаменованием и решил, что Щеголь выводит его из игры. Но тот в итоге взял на заметку просьбу своих М-эфирных головорезов и пообещал в ближайшие дни найти альтернативный способ проникновения на Утиль-конвейер. И нашел, не забыв подчеркнуть, каких трудов и финансовых затрат ему стоило «подружиться» с лос-анджелесской студией «М-Винчи», ранее не входящей в сферу интересов картеля.