Для успешного решения общих задач уголовного процесса и реализации воспитательной направленности судопроизводства требуются не только юридические знания и жизненный опыт, но и познания в области педагогики, подростковой психологии, навыки общения с несовершеннолетними и др. Пленум Верховного Суда указал, что дела в отношении несовершеннолетних должны рассматриваться под председательством наиболее опытных судей.
В этих целях рекомендовано постоянно совершенствовать профессиональную квалификацию судей, рассматривающих дела о преступлениях несовершеннолетних, повышать их личную ответственность за выполнение требований законности, обоснованности, справедливости и мотивированности судебного решения.
Указано, что специализация судей по делам несовершеннолетних предусматривает необходимость обеспечения их профессиональной компетентности путем обучения и переподготовки не только по вопросам права, но и по вопросам педагогики, социологии, подростковой психологии, криминологии, виктимологии, применения ювенальных технологий, используемых в рамках процессуального законодательства. В этой связи рекомендуется судам также внедрять современные методики индивидуальной профилактической работы с несовершеннолетними обвиняемыми и подсудимыми (постановление Пленума Верховного Суда № 1). Между тем уголовно-процессуальный закон не предусматривает какой-либо возможности для судьи в рамках процессуальной формы осуществлять индивидуальную профилактическую работу. Равно процессуальная форма не предусматривает средств для какой-либо самостоятельной воспитательной работы с несовершеннолетними, в том числе и привлекаемыми к участию в производстве психологами, педагогами, работниками учреждений для несовершеннолетних и т. д. Они привлекаются строго в качестве определенных участников судопроизводства и действуют исключительно в рамках своего процессуального статуса.
Наиболее реальный путь учета специфики производства по делам несовершеннолетних – специализация работников, осуществляющих уголовно-процессуальную деятельность.
Уголовно-процессуальный закон допускает по уголовным делам в отношении несовершеннолетних производство дознания по правилам, предусмотренным гл. 32 УПК. Это определенное отступление от требований международного сообщества о должной квалификации работников, осуществляющих производство по делам несовершеннолетних, снижение уровня процессуальных гарантий соблюдения прав и законных интересов подростка.
В юридической литературе высказываются заслуживающие обсуждения идеи о необходимости специализации адвокатов по уголовным делам в отношении несовершеннолетних, необходимости предъявления к таким адвокатам дополнительных требований[757]. В настоящее время специализация адвокатов по уголовным делам в отношении несовершеннолетних не предусматривается.
В современной России существуют проблемы и с выделением специализированных судей по делам несовершеннолетних. Эта проблема обусловлена большой загруженностью судов, организационными и техническими трудностями. Возродить автономный суд по делам несовершеннолетних, который был ликвидирован в результате революции 1917 г., не удалось до настоящего времени.
Первый суд по делам несовершеннолетних был организован в 1899 году в г. Чикаго (штат Иллинойс, США)[758]. Опыт Чикагского суда был воспринят во многих странах.
Следует отметить, что в дореволюционной России существовали специальные суды по делам несовершеннолетних, деятельность которых высоко оценивалась современниками. В 1910 г. в Петербурге был создан автономный суд для несовершеннолетних. Дела в отношении несовершеннолетних рассматривались единолично судьей. От судьи требовались знания детской психологии, поэтому предпочтение при назначении на эту должность отдавалось врачам и педагогам. Разбирательство дел в судах характеризовалось упрощенной судебной процедурой, в основном сводившейся к беседе судьи с подростком при участии попечителя. В качестве меры воздействия в основном применялся попечительский надзор. Однако дореволюционный суд по делам несовершеннолетних не мог не отразить на себе карательную тенденцию уголовной политики России: возраст уголовной ответственности был крайне низким – десять лет, наказание характеризовалось излишней жестокостью для некоторых категорий несовершеннолетних – тюремное заключение, а для несовершеннолетних в возрасте от 17 лет до 21 года предусматривались даже каторжные работы. Поэтому отмена такого суда советской властью в 1918 г. была воспринята большинством юристов и общественностью с удовлетворением.
