Садитесь, двойка! Кризис не подобен стихии, это рукотворное явление. Его устраивают, чтобы обобрать падких на соблазны лентяев и простофиль. Реформаторы соблазнили россиян «брать от жизни все – здесь и сейчас» (то есть, жить в долг) – и рухнули все защиты от кризиса, выстроенные отцами и дедами, церковью и советской властью. Вы не выполнили отцовскую обязанность учить и запрещать. Вы называете кризис стихийным явлением, чтобы оправдать свою халатность, которая обернулась социальным бедствием.
В 2009 г. в августе произошла катастрофа на Саяно-Шушенской ГЭС. Власть спросили, что это такое. Она ответила: «Мы не виноваты, это все «совки» – плохую ГЭС нам построили. И вообще, оставили нам технологически отсталую Россию».
Садитесь, двойка! Катастрофа показала, что вы по своей жадности и лени не способны пользоваться технологией, которую вам оставили в наследство.
В 2010 г. август принес нам природное бедствие – жару и засуху. Это – тяжелое испытание, оно регулярно, примерно каждые 25 лет, посещает Россию. Но экзамен ставят не природе, а обществу: как оно готовится к этому бедствию и как на него отвечает.
Поначалу, пока не испугались, реакция была недостойная – СМИ трещали о дискомфорте столичных жителей, о нехватке кондиционеров, о дыме торфяников, который им глаза выел, о температурных рекордах. И о том, что «хлеба в России хватит», а если кому и не хватит – ничего страшного. Зато тараканы подохнут.
Оставим СМИ и «элиту», экзамен-то этот для нас – для жителей России и ее государства. Жара и засуха – неотъемлемая часть той природной среды, в которой судьба определила нам жить. Мы обязаны к этой беде быть готовы и переживать ее сообща. Для этого мы имеем разум, опыт, науку и народное хозяйство. Они сообща помогали защититься – под руководством государства. Но вот уже 25 лет во всех этих защитных средствах происходят изменения. Вот и посмотрим, каков результат изменений и какие выводы можно сделать. От идеологии постараемся уйти, возьмем лишь значимые факты.
Не будем здесь говорить о дискомфорте, до дыма и огня дело дойдет, а пока поговорим о хлебе. За хлебом стоят азбучные истины, отход от них и есть корень всего нашего неизбывного кризиса. Поговорим о засухе.
Есть предчувствие, что ту жару и засуху надо принять как бедствие, посланное нам свыше во спасение. Как сигнал, предупреждающий о нашей обязанности задуматься о собственных мыслях и делах последних тридцати лет – нас как народа, общества и государства. Все мы в этом бедствии повязаны. А чувство вины гложет от того, что примерно пять поколений нашего народа, жившие при советском строе и видевшие мир через «советские очки», выстроили для России
Но в последние тридцать лет поколения, которые стали господствовать на общественной арене России, эту систему осмеяли, оклеветали – и
Это прошло почти незаметно, потому что было поистине общим делом: кто-то уничтожал построенное, кто-то этому аплодировал, остальные наблюдали апатично. И вот, когда это дело было практически завершено, в Россию приходит жара и засуха. Показывается, что систему защиты, которую наши нынешние поколения получили в наследство, оклеветали и уничтожили,
Говорят, надо пережить беду как наказание, обсудить корни наших ошибочных установок – и начать восстановление или новое строительство. Ничего себе, перспектива! А иначе никак нельзя? Нет, другого разумного способа не видно.
Упорядочим факты. Разум, опыт и наука уже в XIX веке определили, что жару и засуху как фактор нашего климата можно смягчить лишь изменяя «микроклимат» в зонах, где дуют суховеи и случаются засушливые годы. Это достигается созданием локальных экосистем из пашни, луга, леса и воды. Для этого надо принимать лесо– и водоохранные меры: лес порождает родники и ручьи и защищает поля от суховеев, а местные источники воды позволяют поля орошать. Более крупные, региональные программы заключаются в строительстве каналов, водохранилищ и оросительных систем, в мелиорации земель.
