Вся жизнь тринадцатилетнего мальчика Уильяма Грина прошла в тяжелых раздумьях и попытке ответить на один вопрос – почему его, еще совсем младенца, родители оставили на крыльце детского дома, почему они его бросили? Уильям Грин рос тихим и несколько даже замкнутым мальчиком, не имея друзей среди других воспитанников детского дома, он много времени проводил в фантастических мирах своих любимых книг. В один из таких волшебных миров он в скором времени попадает и сам. Как оказалось вся та необычность, уникальность, а для многих людей его окружавших, и странность, с которой рос Уильям, и которая неотступно его окружала, была не случайной. Уильям Грин вовсе не был обычным мальчиком, он даже не был человеком, и родился в совсем другом мире – в мире волшебном и фантастическом – Сандервиле, в котором он в скором времени и оказывается. Он знакомится с новым для него миром, становится его важной частью, но все же сердце его неспокойно и мысли его не столь легки – обида на родителей и большое желание увидеть их все так же крепко и плотно сидят в нем. Но на этом длинном пути к встрече с родителями, ему придется через многое пройти, ему придется стать совсем другим Уильямом – Уильямом, в котором, возможно, больше и не будет тех чувств, что прежде.
Глава 1
Детский дом
Они появились будто ниоткуда. Две фигуры в иссиня-черных шелковых мантиях с опущенными до глаз капюшонами стояли в начале большой улицы – Эвертон.
Одна из этих загадочных фигур держала в руке вязаную корзину, накрытую тонкой марлей, вторая – двумя руками крепко сжимала светящийся предмет. Та, что сжимала предмет, торопливо убрала его под мантию и тут же склонилась над корзиной.
–С ним все в порядке,– раздался мужской голос, принадлежащий тому, кто держал корзину.
–Да,– негромко и согласно отозвался женский голос. Она стянула капюшон и, аккуратно подняв марлю, закинула ее за ручку корзины. Это была молодая девушка. Она смотрела на спящего в корзине малыша глазами, в которых застыли одновременно теплота любви и холод страха.
–Энн, нам нужно торопиться.
Девушка согласно кивнула и поднялась на ноги.
Они стояли в начале длинной широкой дороги, освещенной десятками уличных фонарей. Чуть глубже, в метрах семи-восьми по обе стороны от дороги, располагались дома, в которых давно уже погасли огни. Улица привычно погрузилась в сон, и лишь одиноко блуждающий и угрюмо завывающий ветер изредка нарушал здешнюю тишину.
Девушка вновь подняла капюшон. Эти две таинственные фигуры, непонятно откуда и непонятно для чего здесь появившиеся, ступили на серую пустынную асфальтовую дорогу и быстрыми, даже торопливыми шагами начали свой ход. Они шли в полной тишине под мягким светом фонарей, мимо каркасных и даже деревянных домов по обе стороны от них.
–Вот он,– бархатный шепот мужского голоса мягко прорезал неплотный ночной воздух.
–Да,– тут же отозвался женский голос,– Детский дом,– голос ее дрогнул, а на глазах выступили слезы.
Где-то издалека до них донеслись голоса, которые с каждым мгновением становились все более звонкими и четкими. Из-за угла улицы появилась группа подростков, которые, несмотря на поздний час бодро и достаточно громко о чем-то разговаривали и смеялись.
Фигуры в мантиях замерли на месте.
–Стяни,– шепотом, сквозь зубы произнес мужчина с корзиной в руке, и тут же стянул свой капюшон.
Девушка поначалу растерялась – то ли ее напугало внезапное появление подростков на их пути, то ли неожиданный позыв ее спутника снять капюшон. Как бы то ни было, быстро придя в себя, она тоже стянула капюшон. Они продолжили свой шаг и через несколько секунд поравнялись с подростками, гогот и смех которых в этот момент мигом куда-то исчезли. Подростков было восемь, и все шестнадцать пар взглядов в едином порыве уперлись в странных людей в мантиях, в руке у одного из которых к тому же была необычная корзина. Мужчина в мантии старался не смотреть на любопытствующие и буквально сверлящие взгляды молодых людей, девушка же с замершим от страха и опущенным взглядом лишь исподлобья смогла увидеть несколько совсем еще юных, но оттого не становящихся менее настороженными и серьезными лиц.
Подростки и двое в мантиях миновали «точку встречи» уже как с полминуты, но до сих пор в воздухе висела тягучая тишина, пока все же смех подростков, наконец, вновь не раздался и они также бодро продолжили свой ход.
Начал накрапывать дождь, и странная пара ускорила свой шаг, при этом вновь подняв капюшоны. До нужного места оставалось чуть больше ста метров, когда перед ними возникла еще одна проблема, которая, как казалось, была еще более серьезной, чем группа подростков ранее. Недобро скалящийся и уже готовый к решительным действиям пес возник еще неожиданней, чем минуту тому назад молодые люди. Мужчина быстро передал корзину своей спутнице, а сам заградил ее и малыша в корзине собой, встав прямо напротив пса. Пес, издав резкий рык, бросился в сторону мужчины, но, пробежав пару метров, внезапно замер на месте. С шипением наперевес и необычно светящимися глазами в его сторону не весть откуда ринулся кот. Завидев кота, пес в неописуемом ужасе бросился бежать прочь, пока не скрылся за одним из домов. Через мгновение в одной из чащ скрылся и кот. Мужчина и девушка удивленно переглянулись и, простояв в полной тишине и полном недоумении несколько секунд, продолжили свой путь к месту назначения.
Обе фигуры в мантиях остановились перед большим двухэтажным домом. На всей улице это было единственное двухэтажное и единственное кирпичное строение.
Мужчина снял капюшон и внимательно посмотрел на свою спутницу.
–Все в порядке?
Энн молча кивнула в ответ.
Мужчина достал из-под мантии небольшой бумажный сверток.
–Это лучшее место,– сказал он твердым и уверенным голосом.
–Да, Сэм,– грустно и чуть слышно согласилась девушка.
–Сначала это,– мужчина посмотрел на сверток,– потом…,– его взгляд пал на корзину.
Энн не сдержалась и заплакала. Сэм подошел к ней и крепко обнял.
–Мы это уже обсуждали – и не раз. Здесь ему будет лучше. Самое главное – здесь он будет в безопасности.
–Я знаю,– с дрожью в голосе сказала Энн.
–Тогда успокойся. Прошу тебя.
–Да,– Энн вытерла слезы, и взгляд ее отреченный мгновенно устремился куда-то вдаль.
–Энн,– пытался дозваться до девушки Сэм, но она не реагировала.
Взгляд Энн застыл в холодном ночном воздухе.
