По законам сохранения массы и энергии, переброска людей во времени — трансфер — может произойти, если в обе стороны летят одинаковые по физическому строению люди. Таким образом несколько человек из 1958 года на некоторое время попали в 2458 год. Уинтроп, один из них, отказался возвращаться назад: ему, единственному из всех, в будущем понравилось. Его нельзя заставить вернуться силой, т. к. законы ХХV века запрещают любые формы принуждения, а без него невозможно осуществить обратную переброску. Что делать остальным? Как вернуться в своё время?
Именно в этом крылась беда. Таково было общее мнение.
Уинтроп был упрям.
Миссис Бракс взбешенно уставилась на трех своих товарищей — туристов из двадцатого века.
— Но он не имеет права!.. — воскликнула она. — Он же не один… Он должен подумать о нас! Не бросит же он нас на мели в этом безумном мире!
Дэйв Поллок пожал плечами, обтянутыми консервативным серым костюмом, так контрастировавшим с окружением двадцать пятого века, в котором они находились. Это был тощий, нервный молодой человек, чьи руки имели неприятное свойство потеть. Впрочем, сейчас все были потные.
— Он сказал, что мы будем еще благодарны. Но ему плевать, благодарны мы или нет. Он остается.
— Но это же значит, что
Поллок беспомощно простер влажную ладонь.
— Какая разница? Он твердо решил остаться.
— А почему бы вам не поговорить с ним, миссис Бракс? — предложила Мэри Энн Картингтон. — Он с вами любезен. Может быть, вы вразумите его?
— Гм-м… — Миссис Бракс исправила прическу, которая после двух недель пребывания в будущем начала растрепываться. — Вы так думаете? Мистер Мид, как по-вашему, это хорошая идея?
Четвертый человек в овальной комнате, плотный, среднего возраста мужчина с выражением кота, который должен проглотить канарейку просто из приличия, на секунду задумался и кивнул.
— Хуже не будет. А может, получится. Должны же мы сделать хоть что-нибудь.
— Хорошо. Тогда я попробую.
Миссис Бракс ощутила в себе дух своей бабушки. Она знала, что подумали остальные, но не высказала вслух. Для них она с Уинтропом были стариками — обоим за пятьдесят. Следовательно, у них есть что-то общее и они смогут договориться.
То, что Уинтроп старше ее на десять лет, мало что значило для сорокашестилетнего мистера Мида, еще меньше для тридцатичетырехлетнего Дэйва Поллока и, вероятно, совсем ничего для двадцатилетней Мэри Энн Картингтон. Один из «стариков» будет способен образумить другого, так думали они.
Что они понимали, со своей дистанции юности, в пропасти, разделявшей Уинтропа и миссис Бракс даже больше, чем всех остальных? Им было неважно, что он непробиваемый и неэмоциональный старый холостяк, а она сердечная и общительная мать шестерых детей, бабушка двух внуков, с годовщиной серебряной свадьбы, гордо оставшейся позади. Они с Уинтропом обменялись едва ли дюжиной фраз с тех пор, как прибыли в будущее. Они питали друг к другу отвращение с того момента, когда встретились в Вашингтоне в конторе путешествия во времени.
Но… Уинтроп был упрям. Факт оставался фактом. Мистер Мид хохотал своим лучшим чиновничьим смехом над ним, Мэри Энн Картингтон старалась напоминать о его старости своей юной, гибкой фигуркой и порхающим голоском. Даже Дэйв Поллок, человек воспитанный, преподаватель в высшей школе, со степенью магистра чего-то там, Дэйв Поллок говорил, что у него нет сердца и его невозможно расшевелить.
Итак, это было возложено на нее. Кто-то должен переубедить Уинтропа, иначе все они останутся в будущем, здесь, в этом ужасном двадцать пятом веке. Неважно, что она ненавидит его больше остальных, она встречалась в своей жизни с горем… но это было возложено на нее.
Она встала и расправила складки дорогого черного платья, которое муж купил у «Лорда Тейлора» за день до отбытия группы. Попробуйте сказать Сэму, что ее избрали по чистой случайности, что это был лишь вопрос психоподборки в послании из будущего!.. Сзм не станет и слушать. Вероятно, он расхвастался всему магазину, полному закройщиц, с которыми работал, своей женой — одной из пятерых, выбранных из всех Соединенных Штатов Америки для путешествия на пятьсот лет в будущее! Станет ли Сэм по-прежнему хвастаться, когда минует шесть часов, а она не вернется?
Осознание этого пробилось через подушки грудей и засвербило в носу.
Мэри Энн Картингтон сочувственно прощебетала:
— Я вызову джампер, миссис Бракс?
— Я что, с ума сошла? — сердито вспылила миссис Бракс. — До нижнего холла идти немного, нужен мне этот производитель головной боли! Здесь недалеко, я могу пройтись и пешком.
