— Чешется? — Но тут же Руперт вспомнил, зачем пришел. — Да, ты не могла бы повторить полученный результат? Я, болван, не записал, а разобрать твои закорючки не могу.
Аливия хихикнула и, забрав лист с расчетами, сообщила ответ. Руперт записал его и, пожелав спокойной ночи, спустился в кабинет.
Утром Аливия к завтраку не вышла. Когда встревоженная Розалия послала за ней Руперта, тот обнаружил девочку свернувшуюся на кровати в калачик и тихо постанывающую.
— Аливия! — Руперт бросился к сестре. — Что с тобой?!
— Бок, — простонала она. — Бок болит. Очень-очень болит.
Руперт выскочил в коридор, с треском распахнув дверь.
— Отец!!! Отец, поднимись!
Стали собираться встревоженные слуги. Появился Осторн, за ним бледная Розалия.
— Что? Что лучилось?
— Аливия… ей плохо…
Осторн шагнул вперед, не заметив двери и вынеся её внутрь комнаты. В другое время Руперт восхитился бы силе отца, но… это в другое время.
— Пошлите за врачом! — велел он, кто-то бросился вниз.
Розалия встала у изголовья кровати и осторожно взяла в свои ладони руку девочки. Та вяло брыкнулась, пытаясь освободиться, но тут её скрутил новый приступ боли. Кто застонал больше — Аливия или Розалия, Руперт не понял.
— Приведите Володю, — вдруг прошептала девочка. — Пожалуйста…
Врач появился через два часа, слегка запыхавшийся. Пройдя в комнату к девочке, он отдышался и, бормоча какие-то непонятные слова, стал её осматривать. Осторн метался позади. Врач — дородный мужчина лет тридцати — вздохнул и встал. За ним выскочили Руперт, Осторн и Розалия. Аливия ненадолго осталась одна.
— Что я могу сказать, — пожал плечами врач. — Классическое выделение желчи. Медицина тут бессильна. Увы. — Охнула Розалия, Осторн так сжал кулаки, что захрустели кости.
— Когда? — вдруг раздался слабый голос от двери. Все разом обернулись — опираясь на косяк и согнувшись, там стояла Аливия, бледная, с немым вопросом в глазах и мольбой… спасите… Ну спасите же меня! Скажите, что вы пошутили!!! — Когда я умру?
Врач растерянно глянул на родителей.
— Что я могу сказать… — он снова посмотрел в поисках поддержки на отца, но тот безмолвной статуей замер в коридоре. — Может быть еще сутки или двое вы проживете…
— Я хочу видеть Володю, — попросила девочка, сползая по косяку. Бросившийся к ней Руперт подхватил падающую сестру и отнес на кровать. — Позовите Володю! — умоляла она со слезами. — Я хочу попрощаться с ним. Пожалуйста…
Руперт не выдержал, вскочил и выбежал в коридор, оставив сестру на попечении слуг. Там прислонился к стене и закрыл глаза. По щеке катились слезы.
Спустившись вниз, он застал отца, нервно расхаживающего по столовой, и Розалию, которая наблюдала за ним.
— Нет, нет и нет! — повторял он. — Я не допущу, чтобы этот князь появился у меня дома!
За окном громыхнуло, сверкнула молния, словно в подтверждение его слов. Вниз спустился доктор.
— Прошу прощения, но, похоже, начинается гроза. Разрешите переждать у вас?
— Конечно, — Руперт поспешно придвинул врачу стул. Отец хмуро глянул на него, но сейчас ему было не до сына.
— Но почему? — Розалия нервно теребила край скатерти. — Девочка привязалась к этому чужеземцу. Мне кажется, будет несправедливо, если он не попрощается с ней.
— Нет! Пусть хотя бы последние дни дочери пройдут спокойно!
— Папа…
— Хватит!!! Я не желаю больше слышать об этом князе!!!
Загрохотало сильнее.
— Я поднимусь к Аливии. — Розалия встала.
Девочку перенесли в другую комнату с целой дверью, и Розалии потребовалось некоторое время, чтобы отыскать её. Девочка так и лежала согнувшись. Подняв голову на скрип двери, она увидела вошедшую и закрыла глаза. Розалия села рядом и взяла Аливию за руку. Погладила и тут заметила, что девочка смотрит на нее, широко раскрыв глаза.
— Прошу вас, позовите Володю, — прошептала она. — Я хочу с ним попрощаться… пожалуйста.
Розалия поднесла руку ко рту и прокусила кулачок до крови. Потом оглянулась.
— Хорошо. Я обещаю тебе. — Она решительно поднялась и направилась к выходу.
Руперт как раз выходил в коридор, когда заметил мачеху, прошедшую мимо и накидывающую на голову платок. Руперта она, судя по всему, не заметила, хотя прошла буквально в двух шагах.
— Куда вы?‥
Хлопнула входная дверь. Удивленный Руперт вернулся в комнату.
— Папа, а куда Розалия пошла?
— Что? А, сказала, к Аливии.
— Да нет, она только что прошла мимо меня и вышла на улицу.
— На улицу? — нахмурился Осторн и выглянул в окно, где стеной лил дождь. — Ты ничего не путаешь?
— Господин! Господин! — в комнату ворвался бледный конюх, весь мокрый, вода ручьем стекала с него на пол.
— Ты! — Осторн побелел от ярости.
— Господин! Ваша жена оседлала Красавца и выехала со двора!
Гнев моментально пропал.
— Что?!!! — взревел он.
— Господин! — еще один слуга появился в дверях. Он дрожал от страха, но не выполнить приказа не решался. — Ваша жена просила передать, что поехала за князем…
Осторн застонал и рухнул в кресло.
— Безумная, — прошептал он. — Сумасшедшая… — Тут же вскочил. — Эй, кто-нибудь! Пошлите погоню! Верните её!
