– Камилла, я на почту тебе сбросил список новых потенциальных поставщиков. Можешь связаться с ними и предложить сотрудничество? Кто предложит лучшие условия, назначь встречу Адриане с их руководством.
– Будет сделано, сэр.
Вот и всё, сегодня мне в офисе делать больше нечего. Домой ехать тоже не хочется. Я достал телефон и открыл последний файл. Весёлая Келли с прищуренными от удовольствия глазами откусывала зефир. Я бы хотел написать в той записке, что этот зефир со вкусом её губ, такой же воздушный, сладкий и нежный. Но имел ли я на это право? Нет.
Я посмотрел в окно. За ним кипела жизнь, люди спешили по своим делам, машины нетерпеливо сигналили на светофоре. Но я мог думать лишь о Келли. Её нежный образ неожиданно ворвался в мои мысли, словно яркий солнечный луч в серую повседневность. Я чувствовал, что не могу просто так забыть то, что произошло ночью в парке. Её весёлый смех, игривый взгляд, наш поцелуй… На моем лице появилась улыбка, но померкла, едва я вспомнил, что Келли принадлежит другому мужчине. Я с силой сжал телефон в руках.
– Красивая девушка. Кто она? Модель? – спросила Эид, стоя у меня за спиной. Я даже не слышал, как она вошла.
– Нет, просто знакомая.
– У кого-то новый роман?
– Я не хочу это обсуждать.
– Ну ладно, не будем. Я вот зачем пришла: давай сегодня поужинаем вместе? Мы с Патриком, и ты со своей «просто знакомой», – она улыбнулась.
– Я буду один.
– Хорошо, тогда в восемь в нашем любимом ресторанчике.
В восемь вечера я уже заходил в оговоренный ресторан. Эид и её спутник уже ждали меня за столиком. Патрик Нильсон, её муж – импозантный мужчина средних лет, с темными короткостриженными волосами, слегка тронутыми сединой. Загорелая кожа, глубокие карие глаза и непоколебимая уверенность в себе делали его очень харизматичным человеком. Его компания мне всегда была приятна, и я с удовольствием провожу время в их обществе. Не могу сказать, что у Эид и Патрика великая любовь, но они хорошо ладят. Патрик – наследник нефтедобывающей компании, а Эид имеет значительную долю в строительном холдинге. Их отношения строятся на принципе «деньги к деньгам». Адриана – практичный человек, порой излишне суровый, и все эти любовные дела не для неё.
Я пожал руку Патрику, чмокнул Эид в щеку, затем потянулся к бумажному пакету, который принёс с собой.
– Угадайте, что у меня есть? – хитро улыбнулся я.
– Бурбон?
– Текила! – начали наперебой угадывать супруги.
– А вот и нет! – Я достал бутылку известного французского вина с очень приличной выдержкой. Эид от восторга захлопала в ладоши.
У нас с Адрианой ещё с колледжа завелась интересная традиция: кто приглашает на ужин – оплачивает счёт, а приглашённый приносит эксклюзивную выпивку.
Я отдал бутылку официанту и сел за стол. Примерно через пять минут к нашему столику подошла высокая брюнетка с длинными изящными ногами. Густые волосы тёмно-шоколадного оттенка волнами спускались до лопаток. Овальное лицо с чёткими и выразительными чертами, карие глаза и приятная улыбка. На ней был широкий топ-корсет без бретелей, длинная юбка до пола с вырезом до бедра и босоножки на высоком каблуке. Эид тут же вскочила из-за стола и направилась к ней.
– Позвольте представить. Это моя подруга Вероника. Она проездом в нашем городе. Мы очень редко видимся, поэтому я не могла позволить ей уехать, не встретившись, – обе дамы лучезарно улыбнулись.
Я метнул укоризненный взгляд на Эид. Она всё поняла, но вида не подала.
– Марк Паркер, – я протянул руку для знакомства.
– Вероника Рид. С Патриком мы уже знакомы, – она присела за стол, и официант любезно наполнил её бокал.
Общение шло легко и непринуждённо. Мы ели, пили, рассказывали смешные истории из нашей жизни. Вероника оказалась графическим дизайнером – очень интересная и общительная девушка, которая позабавила нас рассказами о странных заказах в её карьере. В какой-то момент я почувствовал, как чья-то нога под столом поплыла по моей штанине вверх к ширинке.
До дома мы доехали быстро, раздеваться начали ещё в лифте. Мой пиджак уже валялся на пороге, когда Вероника распахнула рубашку настежь и принялась ласкать мою грудь, а я её ягодицы. Я начал расстегивать крючки её корсета, а она мой ремень. Мы попятились в сторону дивана и вдруг что-то захрустело у нас под ногами.
– Это что, стекло?! – воскликнула она.
– Да, я вчера случайно разбил бокал.
– Ладно, – приняла к сведению она и принялась расстёгивать мои брюки. Я резко остановил её руку.
– Что-то не так? – с удивлением спросила она.
– Прости, Вероника, я не могу.
– Ты бы мог шутить про то, что не можешь, но я наощупь чувствую, что можешь, – она хищно улыбнулась, глядя мне в глаза.
Я начал застёгивать крючки её топа.
– Прости, но тебе нужно уйти. Я правда не могу, не знаю, что со мной. Осторожно, тут стекло, – и я повёл её к выходу, поднял с пола свой пиджак и накинул ей на плечи. – Вот, возьми, на улице уже прохладно. Я сейчас вызову тебе такси.
