И когда это я ему говорил, что он помешался на сексе?! Ага! Что-то тут нечисто. Хотя… У кого что болит, тот о том и говорит. Попался, дружок!
– Поверь, я не хуже тебя знаю, что секс и счастье не слова-синонимы. Я рос и становился личностью до того, как Фрейд и его коллеги разнесли по миру чуму под названием «психоанализ». Убедив всех, что половые органы – самое важное в нашей жизни и что единственным желанием мужчины является желание спать со своей матерью, – не скрывая насмешки, закончил я.
– Так с чего ты взял, что мне кто-то нужен?! Нашел убогого! – налетел на меня Кевин. – Я столько лет жил один и ни в чьей помощи не нуждался! И когда хотел – я себе все находил! Да я…
И так далее… в таком стиле…
Я снисходительно наблюдал за тем, как он, словно глупый поярок перед первым боем, в ярости расхаживает по кабинету. Никогда раньше не видел, чтобы мой помощник потерял над собой контроль. Он от моего намека, нет, даже не намека, а косвенного предположения – вспыхнул мгновенно, как спичка.
– Тебе понятно? Или я должен еще что-то объяснить? – рычал он.
Я с пониманием смотрел на Кевина, сложив руки на животе и похлопывая пальцами.
– Я вот только одного не пойму: кого ты хочешь в этом убедить – меня или себя?
Я очнулась, когда за окном почти стемнело. Тео сидел прямо на полу возле дивана и изучал какой-то толстый темно-бордовый справочник. Я хотела только немного посмотреть на него, тихо, не привлекая внимания. Но Тео, взглянув на меня с радостной улыбкой, спросил:
– Как ты себя чувствуешь? – и отложил свой том в сторону.
Тут до меня дошло: а ведь на самом деле уже ничего не болит и не беспокоит… Кроме жуткого голода.
– Хорошо, – улыбнулась я. – Валентина Петровна – настоящая кудесница.
Тео встал во весь рост.
– Тогда я приглашаю тебя в кино, и Людмилу тоже. Она места себе не находила, когда узнала, что на тебя напали.
– Ты ей все рассказал? – Я удивилась, довольно легко повернув к нему голову.
– Да. – Тео поднял с пола свою книгу и положил ее на подоконник.
– Она не испугалась?
– Не знаю. Вида не показала, но собралась сидеть возле тебя. Я все же сумел ее отговорить. – Тео вновь сел рядом.
– Спасибо. – Я села на диване. Шея почти не болела, слабые неприятные ощущения не в счет. – Так что ты о кино говорил? – улыбнулась я, погладив его по голове, как маленького. Не удержалась.
Он, картинно закатив глаза от удовольствия, сказал:
– Кевин и Люда уже ждут нас. В разных кабинетах…
Я грустно вздохнула:
– Понятно.
Собирались в кино мы вместе с Людмилой.
– Ну ты даешь! – со смехом заявила она, едва появившись в комнате и обнаружив, как осторожно я, стараясь не шевелить шеей, вынимаю из шкафа выходной костюм цвета кофе с молоком.
Тео все порывался помочь мне одеться. Я слишком хорошо понимала его не совсем бескорыстный мотив, грозящий затяжными отступлениями, поэтому скрепя сердце выставила его из комнаты.
– Когда это ты успела найти преступника? Я же ушла от вас почти ночью! – продолжала Людочка, подключившись к моим сборам.
– Да вот так! – со вздохом ответила я, быстро расстегивая на блейзере маленькие перламутровые пуговички.
Люда мягко приобняла меня и сказала:
– Я так испугалась за тебя! Но сейчас, смотрю, ты ничего, даже синяков нет. Отделалась легким испугом?
– Что-то вроде того. – Я натянула на себя самую сложную деталь гардероба – брюки. Тео сказал, что мне укололи регенерирующие клетки оборотней, поэтому появился жуткий аппетит и нет синяков.
– Ты расскажешь, что случилось, или пока тебе тяжело?
Я вялым кивком пообещала.
– Представь, а мне вчера Макс позвонил! Только я перестала надеяться, и вот! – поделилась подруга.
– Ух ты! И что сказал?
Я повернулась лицом к подруге.
– На свидание пригласил. Завтра! В какой-то мексиканский ресторан! Романтично-то как! – ликовала Людмила, от удовольствия причмокнув губами.
– Так! Жду рассказ с подробностями! – шутливо предупредила я, натягивая пуховик.
Люда свой уже надела. Потом задумчиво спросила, имея в виду Тео и Кевина:
– А с чего вдруг такое приглашение? У меня всегда был принцип – подальше от начальства.
Я ужасно устала одеваться и была как зверь голодна…
– Люд, ничего не знаю, но гулять хочу, так что пошли развлечемся. Считай это тренировкой перед свиданием, – хихикнула я. Сожалея в душе, что с Кевином у них ничего не вышло.
В коридоре нас встретили при полном параде Тео, оживленный и радостный, и его полная противоположность – Кевин, хмурый, как туча. Насильно потащил помощника! Экспроприаторов на него нет!
В машине Тео удивил меня еще больше: не сел за руль, решительно отклонив предложение занять место рядом с водителем, а плюхнулся на заднее сиденье рядом со мной. Что-то задумал… Точно! Прижался ко мне, будто год не видел, а я к нему так, будто вообще расставалась с ним на два.
Кевин умело гнал машинку Тео по опустевшему ночному городу. И до меня только дошло, что, видимо, уже очень поздно, раз на дороге так мало транспорта. Еще раз взглянув в окно, я предложила:
– А давайте не пойдем в кино? Я кушать хочу зверски!
Людмила пожала плечами и равнодушно сказала:
– Давай не пойдем.
