- Я тебе сейчас дам 'Да так'! Рассказывай давай!
- Они девчонку зажали! - отвел взгляд - Она плакала, просила отпустить, а им пофиг. Вот я и вмешался.
- И сколько их было? А друзья твои где были?
- Пятеро. Они старше. Решили что это сумасшествие вмешиваться.
Брат отвел взгляд снова. Но я его понял. Пошел один на пятерых.
- Девчонку хоть спас?
- Да!
- Ну и молодец.
Тех парней я нашел. На год младше меня, пятнадцатилетки на двенадцатилетнего. Да еще впятером. Но я каждого поймал и каждому губу разбил, благо друзья нормальные помогли.
Двенадцать лет назад.
- Ты смотри, за мамой приглядывай! Чтобы не уставала тут, а я скоро приеду, и двух лет не пройдет! - тереблю его волосы. А ведь вырос совсем, четырнадцать уже. Развит внешне не по годам. Девчонки вон оборачиваются.
- Пригляжу! - усмехается Димка своей фирменной улыбкой - Только и ты смотри, чтобы вернулся. А то мало ли!
- Вернусь!
- И письма пиши! Мы тоже будем! - улыбается мама, пряча слезы.
Ну что поделаешь, не поступил. Не свезло.
- Обязательно! - обнимаю маму и целую щеку. Знал бы...
Выхожу за дверь. Провожать не разрешил. А весь путь со двора чувствую печальный взгляд брата.
Десять с половиной лет назад.
- Фион, да ради бога! - вокруг друзья, ребята. Волнуются. Да и кто бы не волновался, веселый парень неделю как в воду опущенный ходит. Хмурый и злой. Даже командиры заметили. Комбат спрашивал вчера, что да как. Сказал нормально все! А что еще скажешь, сердце болит, и ничего сделать не могу! - Ну нет писем уже неделю это не трагедия. У тебя брат подросток, да и мать работает. Не успевают! - Корсар глядит на меня уверенный в своих словах, а я ему не верю. Хочу, но не могу. Беда пришла. Знаю и все.
- Может ты и прав! Пошли, время построения. Опаздывать нельзя.
Ребята смотрят с тревогой, но молча идут за мной. Еще полгода и свобода, но сердце все равно ноет.
Равняйсь!... - отключаюсь, реагируя только на команды - Письма получай!... Фионов от кого не знаю, но судя по всему новости плохие! - командир отдает письмо. Вот интересно вроде и не скрывает, но всегда знает, что в конверте. Просвечивает что ли? На нем подчерк учительницы моей, маминой подруги. Неужто стряслось чего?
Еле выдерживаю построение, потом быстро сматываюсь в тихое место.
'Здравствуй Толенька.
Пишет тебе тетя Люда. Прости, родной, но новости у меня плохие...'
А дальше все как в тумане. Неверие, страх и непонимание. Как такое возможно, чтобы Димка? Нет, не верю! Он не такой! Подставили или злая шутка.
Бегу в главный корпус. По пути встречаю друзей, им хватило взгляда. Бросаются за мной. Корсар пытается узнать, что стряслось, молчу. Не до него.
У рядового радиста с трудом, Корсар помог, выпрашиваю внеплановый звонок домой. Там тишина. Звоню тете Люде.
- Алло!
- Теть Люд, это Толя! Скажите мне, что это неправда!
- Мне жаль Толя, но это правда!
Дальше ничего не помню. Пришел в себя ночью, прижатый к забору. Оказалась моя вахта, я и забыл, пытался бежать, но Корсар не дал.
- Толя, нельзя! Потерпи, оформишь отгул по семейным обстоятельствам, тебя отпустят! Я с тобой поеду, у меня плановый, все решим! Но так нельзя.
Пытаюсь вырваться, не получается. Не верю! Как же плохо!
- Ром, он не мог так поступить, понимаешь? - сползаю по стене. Слезы текут из глаз - Димка не мог убить маму!
Он просто садиться рядом и мы сидим молча, вдвоем.
- Мне жаль! - это все что он сказал.
В отпуск меня отпустили. И Ромка, как и обещал поехать со мной, а дома меня встретила тетя Люда, она-то и рассказала как все случилось.
Оказалось, один из дружков подсадил Димку на иглу. Полтора года хватило, чтобы мой брат потерял человеческий вид. Стал драться, воровать, маму бил и многое другое. Мне не говорили. Мама волновать не хотела. Все думала приеду, наведу порядок. Я ведь всегда на него хорошо влиял. Ведь с младенчества воспитывал. Отец ушел, когда она Димку носила, и я стал ему отцом. А я идиот, не замечал что дома беда. Уже потом, читая письма и вспоминая разговоры, я видел намеки. Она говорила, только я не понял. А потом было поздно и ничего уже не исправишь.
