Ту ночь я плакала на маминых руках, слушая ее слова утешения, а утром решила, что буду жить для ребенка которого ношу и больше никто не причинит мне такой боли, которую причинил его отец. Только в то время это решение не сильно мне помогало. Хотелось умереть и только дитя спасало меня.
Думая о тех днях, я вдруг вспомнила, когда и где раньше видела Корсарова. В те дни он приезжал к моему дому, но я не захотела разговаривать, а мама и на порог не пустила.
Из состояния задумчивости меня вывело сообщение.
'Теперь ты в безопасности. Можешь ехать домой. Прости!'
Стало больно. Он даже не захотел разговаривать. Слова сказанные со зла оказались реальностью. Ненавижу.
- Или любишь? - вспомнились мне слова Карины.
Она приходила ко мне три дня назад. Оказывается это ее квартира, и она разрешила мужчинам поселить в ней меня. Помню, когда щелкнул замок и я вышла в коридор чтобы поприветствовать Толю и узнать какого черта ему надо, была в шоке при виде незнакомой женщины с младенцем в переносном кресле и двумя мешками.
Тремя днями ранее.
- Привет, а я тебе продукты привезла. - весело прочирикала она. И прошла на кухню. А я в недоумении последовала за ней.
- Так, солнышко, полежи пока тут, а мама пока разложит тете Ане продукты. - прочирикала она ребенку, ставя переносную люльку на стул, после чего занялась мешками.
Я ошарашено смотрела на незнакомую женщину, быстро заполняющую холодильник. Черные волосы, кончики которых едва достигают плеч, курносый носик, сама невысокая, но мускулистая. Ее нельзя назвать красавицей, но и страшненькой она не была.
- Ну что ты стоишь как не родная? Проходи, садись! - весело прощебетала она. - Волосы у тебя красивые. Не вздумай обстригать, а то потом отращивать придется. У мальчиков бзик на длинные волосы. Честное слово достали. Мало того что Ромка дома жалуется, так гости приходят и они начинают. 'Мол, длинные волосы это достоинство женщины!' И твой Толик первый среди них! Так что мой тебе совет - не трогай волосы.
Она щебетала, а я в недоумении смотрела на нее. И как-то так получилось, что прервав ее, спросила:
- А кто вы? - и тут же покраснела, понимая свою невоспитанность.
- Меня зовут Карина Корсарова. Я жена руководителя СТРИЖей. - улыбнулась она, даже не обидевшись - И судя по всему, у них какая-то мания обижать своих женщин.
Я удивленно посмотрела на нее.
- А что ты так смотришь. У меня Ромка полгода прощение выпрашивал. Тоже решил по геройствовать. Вот не понимают они, что мы сильные и нам нужна правда и их любовь, а не глупая защита.
И тут я поняла, о чем она говорит.
- Он мне не нужен. Я и сама могу вырастить сына. А купаться в его лжи я не хочу. - и почему я вдруг разоткровенничалась? Наверное, просто некому выговориться, вот и решилась с ней.
- Фик, ты мои слова и мысли пятилетней давности повторила. Ох, мальчики. Сами похожи и женщин похожих выбирают. Это внешне они разные, а души...
Она примолкла, внимательно глядя на меня.
- Мне плевать на его душу. - вспылила я - Он использовал меня тогда и использовал сейчас, зачем мне снова рисковать. Я ненавижу его!
- Или любишь? - вдруг спросила она.
Я только рассмеялась, а она, пожав плечами, продолжила разгружать мешки.
Когда она закончила, то положила лист бумаги и сказала.
- Здесь мой телефон и адрес. Если тебе что понадобиться звони или приезжай, всегда помогу. Только Ань, хочу чтобы ты знала. Парни из группы они защищают странно. Их любовь сама по себе странная вещь. Толика я знаю пять лет. Он был со мной в самые тяжелые для нас обоих времена. Тогда мы сошлись на общей боли. Я была ссоре с Ромкой, а он пытался забыться работой. Не получилось. Он никогда не говорил о тебе, но я всегда знала, что где-то есть любимая и он не с ней. Знаешь. У него есть медальон. Он никогда его не снимает. Однажды он раскрылся на тренировке, а из него выпал свернутый лист. Я случайно его развернула. Это была фотография - твоя фотография. Он любит тебя больше жизни, но он не Роман. Если Ромка боролся и всегда в лепешку разобьется чтобы добиться своего, то Толик сделает, как ты хочешь. Он сдаться и даст тебе свободу. Оставит тебя в покое и сделает вид что так и было. Только долго он не проживет. Не сможет. Я видела его вчера и очень испугалась. Даже тогда в его глазах не было столько боли и желания умереть. Он живет мыслью обеспечить твою безопасность, а потом... Потом думай сама, Ань. Вы две половинки и нуждаетесь в друг друге. Поговорите и выясните все пока не поздно. Иначе всю оставшуюся жизнь будешь жалеть что потеряла его.
Потом она взяла люльку с ребенком и ушла. А я осталась сидеть и пытаться осознать ею сказанное.
Выйдя из подъезда, я установила кресло в машине и села на место пассажира.
- Привет! - улыбнулась я, целуя мужа и радуясь, что он снова рядом. Сегодня я вдруг поняла, что со мной могло бы быть, не прости я Ромку. В глазах этой женщины столько боли и печали, что хочется выть от тоски.
