— Теперь вы понимаете, почему я испытала такое облегчение, узнав, что она сбежала? Возможно, маленькая Селестина прошла через ее жизнь именно ради того, чтобы дать возможность выбраться из западни, где в ином случае она бы окончательно погибла.
— В такое трудно поверить.
— А я вот верю. У всех нас своя судьба и своя маленькая роль, которую мы призваны сыграть на этой земле. Поэтому я испытываю не только грусть, но и облегчение. И думаю, что моя внучка сейчас очень несчастна, но в то же время чувствует себя освобожденной. Куда она направилась?
— В том-то и вопрос, и тут мне без вас не обойтись. Она оставила вот это, может, у вас появятся какие-нибудь соображения.
Я протягиваю письмо. Она достает небольшие изящные очки, цепляет их на нос, наклоняется вперед и отставляет листок на нужное расстояние.
— Хотите, я вам прочту?
— Пока что я и сама справляюсь, молодой человек, — отвечает она с улыбкой.
Я наблюдаю за ее лицом, пока она читает. В первые секунды оно непроницаемо, но очень быстро светлеет.
— Вам это что-нибудь говорит?
Она аккуратно складывает послание и напускает на себя озорной вид.
— Догадываюсь, куда она направилась. Если она не там, значит, я не достойна быть ее бабушкой.
— Где она?
— В Верхней Савойе[24]. Природа и старые друзья, которые ей дороги, хотя она давно с ними не общалась, — других вариантов я не вижу. Руку даю на отсечение. А рука помощницы Шанель, — вы себе представляете, чего это стоит?
— А где именно в Верхней Савойе?
— Тут мне понадобится карта того района, я уже не помню названия тамошних деревушек. Не забудьте, мы с вами в доме престарелых, гнезде свихнувшихся старикашек. Мой склон пологий, и все же я двигаюсь вниз. Однако, если освежить мне память, я сумею их вспомнить.
Я роюсь в мобильнике и зачитываю ей названия всех деревень на берегу Женевского озера, между Эвианом и Женевой. Я выговариваю медленно, давая ей время подумать. Благо сейчас она не идет, а сидит, и значит, может сосредоточить все свои силы.
Она прерывает меня:
— Анти! Точно, это Анти. Очень красивая деревня.
— Я не знаю тех мест.
— В Анти есть один рыбак. Его зовут Александр, и он друг детства Джульетты. Они целыми днями рыбачили вместе на Женевском озере. Родители Джульетты возили ее туда каждые каникулы. У них там была небольшая квартирка. Летом отдыхали на озере, а зимой катались в горах на лыжах. Она обзавелась там кучей приятелей, а с двумя крепко подружилась, с Александром на озере и с Бабеттой в горах.
— Вы уверены?
— «Побыть на природе и со старыми, ныне потерянными друзьями
— Передам.
— И пообещайте мне кое-что перед тем, как уйти.
— Конечно, слушаю вас.
— Позаботьтесь о ней.
— Разве похоже, что у меня иные намерения?
— Нет, — отвечает она, — но ей понадобится двойная забота. Нужно забыть прошлое, потому что она разучилась доверять. Намотайте это себе на ус.
И снова обнимает меня, крошечная, хрупкая. Я осторожно сжимаю ее. Хрупкое тело, но твердый, решительный характер. Перед уходом я заглядываю к деду. Он снисходит до того, что открывает один глаз и улыбается. Даже обессиленный, даже старый, он умудряется выглядеть сорванцом. Думаю, эта частица молодости сохранилась благодаря его насмешливому нраву.
После визита в дом престарелых мне предстоит уладить еще кучу всяких дел. Срочно подыскать себе замену. Уж это-то Кристиан должен для меня сделать. Он знает, чем я сам обязан Джульетте. Предупредить Ванессу. Она будет в восторге, я заранее знаю, что Гийом те несколько дней, что я буду в отъезде, проведет у нас. А главное — она вдоволь попользуется моей машиной.
Я быстро собираю сумку, нахожу старую дорожную карту, прикидываю маршрут, чтобы добраться туда как можно скорее. Но мгновение спустя меня охватывают сомнения, мысли путаются, и я теряю всякую уверенность в том, что принял правильное решение.
А вдруг ей нужно, чтобы ее оставили в покое? Кто я такой, чтобы вот так врываться в ее жизнь после того, как она меня из этой жизни изгнала? Конечно, она написала мне, но только для того, чтобы дать понять что хочет побыть одна и чтобы о ней не беспокоились.
Обычно я знаю, что должен делать, я без колебаний кидаюсь вперед, чтобы потушить огонь и спасти людей или ради сестренки. Но случается, что я впадаю в задумчивость, особенно когда речь идет о моей личной жизни. Всегда боюсь сделать не тот выбор и потом пожалеть. Мне не терпится отправиться за Джульеттой и привезти ее сюда. В конце концов, это же мне она оставила письмо. И в то же время иная сила меня удерживает, сбивая порыв. Она хочет покоя, побыть со старыми друзьями.
Нужно спросить Ванессу, что она об этом думает.
Сестренку сомнения не мучат.
