Евгения была словно во сне. Она осознавала, что сама была на волосок от смерти, что подставляла под удар сына, и не понимала действий Зарайской, но понимала действия Павла Ивановича и была ему благодарна. Переступив порог своей квартиры, она разрыдалась. Началась настоящая истерика, нервы Евгении сдали. Оксана Юрьевна, не успокаивала, а молча, гладила её по голове. Когда рыдания стали тише она спросила:
– Тебе налить капель или коньяк?
– Коньяк, – ответила Евгения. – Пойдём на кухню. Мне не понять её поступков. Ладно бы я жила или встречалась с Андреем, и у неё было чувство ревности. А так за что? – спрашивала она, умывая лицо над кухонной раковиной и доставая сигареты.
– Теперь она мстит ни тебе, а ему. Чтобы он чувствовал свою вину.
– Оксана Юрьевна, Павел Иванович вернётся – идите домой. Ключ у вас есть, а караулить меня не надо, я в порядке.
– Так и сделаю, девочка моя. Женька утром позвонит, а ты поезжай к деду, но не говори о случившемся. В его возрасте эта новость здоровья не прибавит. Я утром зайду к тебе.
Проснувшись позже обычного времени, Женя услышала, что на кухне кто-то есть. Оксана Юрьевна готовила завтрак.
– Доброе утро, Евгения Сергеевна. Как спали, – спросила она.
– Спала крепко, а утро действительно доброе. Позавтракаю и поеду к деду. Спасибо Вам за заботу. Павел Иванович отдыхает?
– Павел Иванович с самого утра уехал на службу.
Евгения вернулась от деда во второй половине дня. Дел у неё не было и, включив телевизор, она смотрела рассеяно на экран. Андрей позвонил около восемнадцати часов.
– Жень, как у тебя дела? Поверь, меня и Анастасию ничего не связывает с тех пор, как я улетел в Москву, – виновато сказал он.
– Я верю, – ответила она. – Как Женька? Сильно переживает случившееся? Он так меня бесстрашно защищал, но психика и у него не железная. Послушай, если вы намерены вернуться тайно – это будет самой большой ошибкой. Убеди его ничего не менять в ваших планах. Я успокоилась, а Настю ждёт суд. Береги сына.
– Женька в порядке. Для него это приключение, пусть и опасное. Мы ночью вылетаем в Турцию. Звонить будем через день.
– Пришлите мне фотографию, – попросила Евгения.
– Жень, ты не хочешь к нам присоединиться? – с надеждой спросил Платов.
– Спасибо, но нет. Хорошего вам отдыха, – сказала она, отключив телефон, и подумала: «Ну и дура».
Вечером её навестил Яковлев.
– Как ты, Жень? – спросил он, проходя в кухню.
– Нормально. У меня только один вопрос, Павел Иванович. Откуда она узнала о том, что мы ночью поедем в аэропорт?
