– С твоей внешностью это сделать несложно. Я не прошу тебя о невозможном. Держи фотографию, запоминай. Второй курс, факультет информатики и компьютерной техники. Вы учитесь в одном университете. Куда проще может быть задача. Действуй.
В этот же день Зарайская объявилась и в отделении сосудистой хирургии. Она пришла перед обедом, когда бригада закончила операцию и отдыхала, а Андрей Викторович занимался бумагами.
– Здравствуйте Андрей Викторович, – сказала она, переступая порог кабинета.
Платов поднял глаза от бумаг и увидел Анастасию. Они не виделись четыре последних года. Её несколько изменили места не столь отдалённые, но выглядела она на свой возраст отлично.
– Что Вы хотели Анастасия Геннадьевна? – спросил он.
– Я рада тебя видеть. Ты почти не изменился, – говорила она, подходя к столу и присаживаясь на стул без приглашения.
– Не могу сказать того же о себе. Ты забыла, что тебе нельзя приближаться к нам на сотню метров? Чего ты хочешь?
– Немного. Я очень удивилась, узнав, что ты вернулся в город, женился и родил дочь, – говорила она, взяв со стола фотографию в рамке, помолчала секунд двадцать. – Это то, к чему ты стремился? Дочь похожа на тебя, а Женька совсем взрослый стал. Сколько ему?
– Девятнадцать. Ты не ответила на мой вопрос.
– Я вернулась домой. У меня здесь квартира, прописка. Я должна находиться здесь до окончания срока, – улыбнулась она. – Спасибо вам всем за два подаренные года.
– Ты от визита ко мне чего ждёшь? Тебе нужно моё прощение, сочувствие, помощь? – спросил Андрей, начиная сердиться.
– Андрюша, не льсти себе. Что ты можешь? Сердце у меня здоровое и помощь мне твоя не нужна, а прощение, как и сочувствие до одного места. Я хочу реванша, Платов. Ты думаешь, я откажусь от своего решения покончить с тобой? Ошибаешься. Три года я ждала момента, когда уничтожу тебя и твою семью, – говорила она негромко.
– Ты мне сейчас угрожаешь? Не боишься, что я пойду в полицию, напишу заявление, и ты вернёшься обратно? Что за навязчивая идея? У тебя не изощрённый ум, а извращённый. Допустим, ты сделаешь то, что задумала, что дальше? Долго ты протянешь на воле? Тебя будет уже ждать не зона, а лечебница.
– Недооцениваешь ты меня, Платов. Да, я поступала, не подумав и опрометчиво – у меня не было времени и помощников. Теперь у меня всего с избытком, – говорила она. – Прошлась по центру и услышала о тебе лестные отзывы, а вот меня мало кто помнит.
– Ты не откажешься от реванша и объявляешь нам войну? – спросил Андрей. – Не расскажешь ли причину, с чего всё началось? Мы с тобой целый год кувыркались тайно. По твоей инициативе меня выставили из своего дома и приняли в твой. Я ничего не путаю? Ты не просто организовала мне стажировку в Москве, ты бежала из города от скандала, прихватив с собой для видимости порядочности рогоносца Платова. Придумала беременность, убедила жениться. Все эти пять лет, чем тебе мешала Женя? – глядя на Зарайскую, спрашивал Платов. – Что она тебе сделала, что ты пыталась её дважды отравить?
– Ты меня никогда не любил, – с вызовом ответила Анастасия.
– Это было взаимно. Но заметь, я, живя с тобой, не бегал на сторону, а ты мне наставила роскошные рога и говоришь о любви. Ты любила не меня, а секс, которого, видимо, не хватало. В тебе говорила зависть. Я с Женей виделся за шесть лет часа два в аэропорту. За что ты так с ней?
– Для чего? Так будет точнее. Чтобы тебе сделать больно. Ты не жил с ней, но и от меня отказался.
– Настя, ты действительно думаешь, что после всего, что ты сделала, я мог тебя простить и жить с тобой дальше? Я, по-твоему, безумец или ты единственная женщина на планете? Это сколько же нужно выпить, чтобы переспать с тобой после твоих фокусов?
– Теперь это уже не важно. Я вас всех ненавижу. Теперь ходи и бойся, – сказала она, поднялась со стула и направилась к выходу.
– Какое совпадение. Ты тоже чаще оглядывайся. Не стоит меня недооценивать. Я ещё с тобой пободаюсь.
Андрей с нетерпением ждал окончания рабочего дня. Он понимал, что разговор с Анастасией не последний и стоит что-то предпринять. От угроз она может перейти к действиям, вопрос к каким. «Мне нужно поговорить с Яковлевым, а потом с отцом. Я задницей чувствовал, что деньги, полученные за условно-досрочное освобождение нам аукнуться. Хотя, скорее всего, и без этих денег, но через пару лет, я мог услышать угрозы», – думал Андрей, покидая рабочее место. Приехав домой, он извинился перед женой и позвонил в квартиру соседа. Евгения поняла, что муж чем-то расстроен и не стала расспрашивать.
– Павел Иванович, у меня сегодня была Зарайская. На мой взгляд, о ней психушка плачет, – сказал Андрей и передал разговор Яковлеву. – Я готов был придушить её. Нам теперь до самой смерти жить в страхе, бояться друг за друга? Что она придумает на этот раз? Реальная нам грозит опасность или это запугивание? Как я скажу об этом Жене?
– Для начала успокойся. В первую очередь нам нужно найти того, кто может нам помочь. Завтра я наведаюсь к участковому, – говорил Павел Иванович. – Какие у неё отношения с соседями?
