— Она не пожелала прислушаться к здравому смыслу, — тихо начала женщина. — Дуэйн сказал, что Валери ему звонила. Он пытался объяснить: убийца — Эррол и нечего нападать на невиновных, однако ей было все равно. Тогда в отель «Плаза» пришла я. Начала убеждать: Дуэйн не сделал ничего плохого, но в ответ Валери все повторяла какую-то ерунду о том, что устала прятаться от прошлого: мол, и так слишком долго молчала и теперь должна выговориться… — Зажмурившись, Диана покачала головой. — Эта девушка не оставила мне выбора. Начав следить за отелем, я увидела, как она понеслась во «Флашинг-Медоус». Было ясно: Валери страшно, она хочет с кем-то поделиться, значит, нужно действовать, нужно помешать ей, причем немедленно, иначе… — Миссис Йеллер затихла и, убрав руки со стола, спрятала их на коленях. — Выбора действительно не оставалось.
Майрон слушал затаив дыхание.
— По-другому я поступить не могла: на одной чаше весов была она, на другой — жизнь моего сына.
— И вы во второй раз выбрали сына.
— Да, и если вы сдадите меня копам, получится, что жертвы были напрасными. Всплывет правда, и моего мальчика убьют. Непременно убьют…
— Я его защищу! — пообещал Болитар.
— Нет, это моя обязанность.
На подъездной аллее заскрипели шины. Поднявшись, Майрон выглянул в окно. Дуэйн! Заглушив двигатель, он выскочил из салона.
— Задержите его, — неожиданно сорвавшись с места, попросила Диана, — пожалуйста!
— Что?
Подбежав к двери, женщина задвинула засов.
— Не хочу, чтобы он видел.
— Что видел? — спросил Болитар, но тут же все понял: миссис Йеллер держала в руках пистолет.
— Я уже дважды убивала ради его спасения, думаете, на третий не решусь?
Майрон оглядел гостиную — куда бы спрятаться? — и уже в который раз отругал себя за непредусмотрительность. Он стоит прямо посреди комнаты, Диана не промахнется.
— Убив меня, вы проблему не решите!
— Знаю…
Дуэйн колотил в дверь.
— Открой! Ничего ему не говори! — кричал он, не переставая колотить.
Глаза Дианы наполнились слезами.
— Майрон, никому не рассказывайте! Тем более рассказывать больше нечего: всем виновным воздастся по заслугам.
Миссис Йеллер прижала дуло к виску.
— Не надо! — прошептал Болитар.
— Мама, открой, мама! — кричал с улицы Дуэйн.
Женщина повернулась на отчаянный голос, и Майрон попытался ее остановить. Не успел… Нажав на курок, Диана принесла последнюю жертву ради своего сына.
Через некоторое время Майрон не без труда уговорил Дуэйна уйти из материнского дома. Ведь именно так хотелось бы Диане. Когда оба отъехали на порядочное расстояние, Болитар позвонил в полицию Черри-Хилл и, не представившись, сообщил, что «только что слышал выстрел», назвал адрес и отсоединился.
Спортивный агент и подопечный встретились на стоянке для отдыха посреди скоростной магистрали Нью-Джерси. Дуэйн уже взял себя в руки и перестал всхлипывать.
— Ты кому-нибудь расскажешь? — спросил теннисист.
— Нет.
— Даже матери Валери?
— Я ничего ей не должен.
Тишина. По щекам Дуэйна снова покатились слезы.
— Так что, Майрон, правда тебя освободила?
Болитар пропустил вопрос мимо ушей.
— Поговори с Вандой, — посоветовал он. — Если действительно ее любишь, признайся ей во всем. Это твой единственный шанс.
— Ты больше не можешь быть моим агентом, — покачал головой Ричвуд.
— Знаю…
— У мамы не было выбора, она должна была спасти меня.
— Нет, выбор был.
— Неужели? Как бы поступил ты, если бы дело касалось твоего ребенка?
Ну что тут скажешь? Одно Болитар знал четко: Валери Симпсон он убивать бы не стал.
— Выйдешь завтра на матч?
— Обязательно, — Дуэйн сел в машину, — и выиграю.
Майрон не сомневался.
Припарковавшись на стоянке Кинни, Болитар прошел мимо уродливой скульптуры в здание «Лок-Хорн секьюритиз». За стойкой дежурил охранник. Субботним вечером во всем небоскребе ни души. Тем не менее в одном из окон горел свет, Майрон заметил его еще с улицы.
Скорее в лифт — и на четырнадцатый этаж! Темнота, обычный для «Лок-Хорн секьюритиз» шум затих до понедельника… Большинство компьютеров отключены и покрыты пластиковыми чехлами, лишь на экранах некоторых горят причудливые заставки, отбрасывая на столы танцующие отблески. Болитар поспешил на свет, горевший в угловом кабинете. Уин сидел в кресле и читал книгу на корейском. Заметив Майрона, он поднял глаза.
— Ну, рассказывай!
И Майрон рассказал все от начала до конца.
— Вот так парадокс! — выслушав приятеля, воскликнул Уин.
— В смысле?
— Мы все удивлялись, почему мать совершенно не заботится о своем сыне, а получилось наоборот: она слишком о нем заботилась.
Болитар кивнул.
— Тебе все известно? — спросил Уин.
— Да.
— Откуда?
— После встречи с доктором Абрамсон догадался. Ты так часто навещал Валери, что в клинике знают твое имя. У меня тут же появились подозрения.
— Я сам собирался тебе объяснить, — кивнул Уин.
— Не нужно было его убивать!
— Иногда ты как ребенок! Я сделал то, что следовало.
— Но не убивать же…
