После вручения награды гостей пригласили на обед. То есть эльфа пригласили, а Настю с Флуром отправили в общий зал при казарме - мол, там прислуга что-нибудь подаст с барского стола. Впрочем, Флур не обиделся, он привык на службе не мозолить глаза случайным знакомым. Девушка представила участь Армана и тоже лишь вздохнула с сочувствием - лучше уж здесь, чем там, в обществе трех дочерей начальника гарнизона, невыносимо скучающих в этой дыре, забытой всеми, особенно прекрасными эльфами.
После обеда Флур достал фляги и отправился пополнить запасы воды, а Настя вернулась к самолету, у которого начальник гарнизона предусмотрительно выставил караул. Сыщица обошла машину, разглядела поближе странное, чешуйчато-перламутровое "оперение" крыльев, но потрогать не решилась - вдруг в полете отвалится?
Внезапно раздался щелчок, с которым обычно открывался люк. Девушка увидела эльфа, который забрался внутрь и что-то выковыривал из приборной доски.
- Вылетаем? - обрадовалась Настя.
- Еще нет, надо главный кристалл заменить. Нашего до границы не хватит.
Эльф показал увесистый прозрачный камешек, сунул его в карман и зашагал к Плешивой горке.
Не прошло и минуты, как из ворот, за которыми скрылся остроухий, показался Флур с флягами. Увидев, что Настя сидит в открытой кабине, спросил:
- А где Арман?
Девушка махнула рукой в сторону крепости:
- За гравицапой пошел!
- За чем?!
Она решила пока не посвящать восьмого помощника министра в кинофольклор своего мира:
- Ну, за этим, главным кристаллом, на котором наш пепелац... тьфу, воздушный экипаж летает. Менять наш использованный на их свежезаправленный!
- Так ведь я старший курьер, у меня разрешение. Без бумаги кристалл не дадут!
- Тогда догоняй, может, он пошел занять тебе очередь на заправку!
Арман и Флур вернулись через четверть часа. Эльф уселся в кресло пилота, вытряхнул из кожаного мешочка новый прозрачный камень размером с грецкий орех и бережно пристроил его в свободную выемку на резной панели.
Прощаться из крепости никто не вышел. Оно и верно - много чести для обыкновенных курьеров. А с эльфом начальник, осчастливленный наградой и горячим императорским приветом, торжественно распрощался, не выходя из дому. Десяток стражников на стене и малолетние зеваки из деревни проводили взглядами взмывший в небо самолет принцессы.
* * *
Плешивая горка исчезла за холмами. Настя уже не обращала внимания на сквозняк, тихое потрескивание конструкций и свечение магии под крыльями. Впереди ждали еще полдня полета.
Но это сказка долго сказывается, а если двигатель отказывает, то сразу.
Сначала засуетился Арман. Он склонился над доской с камнями, что-то поковырял и выдал замысловатое ругательство. Голос у него был скорее озадаченный, чем напуганный, но если вспомнить хваленую выдержку эльфов, то станет ясно - случилось нечто немыслимое. По мелким поводам ушастые бранных слов не говорят.
А потом и остальные члены экипажа заметили неполадки, но времени выразить чувства словами у них не осталось. Только и успели понять, что путешествие сейчас закончится, возможно, даже навсегда. Свечение крыльев померкло, чуть слышное гудение стихло, наступила нехорошая тишина. Лишь воздух свистел снаружи, когда самолетик, теряя остатки скорости, накренился и понесся к земле. Настя вцепилась в спинку пилотского кресла:
- Падае-е-е-е-ем!!!
- Знаю! - рявкнул эльф, не выпуская из рук бесполезный штурвал, - Главный кристалл разряжен!
Говорят, в самое последнее мгновение вся жизнь проносится у человека перед глазами. Но перед глазами Насти проносились только ёлки, березы и прочая растительность, будто у нее была не жизнь, а сплошной лесоповал.
Приземление случилось быстро. Ветки захлестали по корпусу, во все стороны полетели содранные перламутровые чешуйки. От удара об особенно толстый сук легкий самолетик тряхнуло и опрокинуло набок, обломок крыла повис среди ветвей. Пинок, пинок, еще пинок - и техника снова выровнялась, то есть стала падать головами пассажиров кверху. Почти кверху. Настя, надежно пристегнутая ремнями к дивану, не помнила, визжала ли только мысленно или вслух, но слышала, как что-то говорит Флур и упорно молчит Арман.
Молчал он не просто так, а с умыслом. Когда судьба закончить свои дни размазанными по земле казалась уже неизбежной, Арман сорвал с шеи тонкий шнурок с подвеской и зажал его в кулаке, что-то нашептывая. И вдруг снаружи полыхнуло ярко-синим светом. Вспышка погасла, но снизу навстречу падающим устремился водяной столб и принял самолет в свои объятия, задержав и даже на мгновение остановив неуправляемый полет.
