– Я мигом! – обрадовалась фея и вылетела из дома.
***
Я рвала траву без опаски. И знала, что лес меня не тронет. Интересно, как у нас там, дома? Как там бабушка и дедушка? Как другие феи?
Собрав все травы, я вернулась домой. Стоило мне открыть дверь, как я услышала.
– Сидеть! – слышался голос мужа. – Я сказал! Сидеть!
– Что ты делаешь? – удивилась я, глядя на комара, который сел на стол. Да так, что стол покачнулся.
– Лежать! – командовал муж, улыбаясь. – Я комара дрессирую. Лежать! Да лежать, а не жужжать!
– А зачем? – округлила глаза я, высыпая на стол траву.
– Голос! – слышалось из комнаты. – Бззз! Нужно делать «Бззз!». Боевую единицу!
– Неужели он тебе нравится? – обрадовалась я, умиляясь комарику, который летал по дому. – Вот как ни крути, ты добрый! Просто хочешь казаться злым!
– Ладно тебе! Знаешь, а мне здесь начинает нравится! Болота, лес, тишина! Никого! Только ты и я, – заметил пленник. – Ну и комар!
– Знаешь, мне кажется, комарику одному скучно. Давай мы ему друга заведем?
– Разве что в лес и с концами! Двух комаров я не потерплю! – ответил муж, отбиваясь от комариных ласк.
– Может, заведем что-то милое и пушистое? Раз уж заводить начали? – спросила я, вздыхая. – Медведя, например?
– Если ты заведешь медведя, я выведусь! – рассмеялся муж.
– Я обещаю, что буду убирать за ним! – кивнула я, представляя, как здорово жить с медведем.
– Трупы, – продолжал муж. – Убирать за ним трупы! Хотя, почему бы и нет! Давай и медведя заведем! И медведя, и стаю волков и еще какую-нибудь болотную нечисть!
– Значит, можно, да? – обрадовалась я, все время думая о бедном медведе.
– Вполне! Но только предупреди заранее, чтобы я умереть успел. Договорились? – отозвался муж. Не могу понять, почему он на меня так смотрит?
– Что-то не так? – спросила я, прикрывая рукой щеку.
Я провела рукой по щеке, проверяя, не слетела ли иллюзия. Да вроде бы держится. Ну да, держится! Одно же крыло у меня осталось! В нем как раз магии хватает, чтобы иллюзия держалась!
– Да нет, все так, просто… – муж вздохнул. – Просто ты – красивая. Вот и все. Знаешь, ты, наверное, права. Я начинаю постепенно к тебе привыкать. Наверное, на это нацелен обряд? Не так ли?
– Руки не развяжу! – помотала головой я, видя протянутые мне руки. – Даже если бы хотела! Вот когда ты меня полюбишь, тогда да! А сейчас нет! Даже не уговаривай!
***
Над избушкой собирался вечер. Он все собирался и собирался, пока не собрался дикими звездами и черным небом. Где-то исчезал последний малиновый солнечный луч.
– Вот живем мы с тобой уже сколько? Почти неделю! А ты… – начала фея так, словно прошло два столетия.
– Только не говори, что потратила на меня лучшую неделю своей жизни! – заметил муж, гоняя комара с подушки, набитой сеном.
– Вот если бы знала – ни за что бы за тебя не пошла! – всхлипнула фея, сокрушаясь. – Всю молодость на тебя потратила! А могла бы выйти замуж за любого! Но выбрала тебя! Где мои глаза были? Вот где? А ты… Эх!
– Это что сейчас было? – спросил пленник ошарашенным голосом.
– Это бабушка так дедушке в любви признается! – пожала плечами фея. – Вот, я тебе призналась. А ты не ответил!
– Знаешь, наверное, отложим эту тему до лучших времен! – заметил пленник.
Они посидели и помолчали. Пленник поглядывал на уголок книги, торчащий из-под кровати и пытался набрать себе супа. Фея о чем-то думала.
– Я хочу уже ребеночка! – вздохнула фея, а пленник подавился.
– Кхе, – заметил он, снова пробуя свой суп. Была у него надежда, что остывший суп будет вкуснее горячего, но и она не оправдалась.
– Представляешь, как это здорово! – пристала фея. Пленник смотрел стеклянным взглядом на забрызганную супом стену и кашлял.
– Ты, я и наш жеребенок! – умилилась фея.
– Фу-у-ух, – выдохнул пленник, бросая ложку в суп. Ему послышалось совсем другое. А тут прямо чувство накатило, что как-то обошлось!
Ночь подкралась незаметно, окутывая болота и избушку. Наступало время, когда на охоту выходят вампиры и комары.
Видимо, от переизбытка чувств, Гарему не спалось. Он топтался по потолку, словно стадо коней, пасся на стене с грохотом передвигаемой мебели. А иногда радостно летал, жужжа так, что дрожали уцелевшие стеклышки.
– Да он уснет наконец-то! – простонал пленник, хмуро глядя на комара.
– Может, его надо уложить? – спросила фея, сонно глядя на разбушевавшегося комара. – Представляешь, сколько у него за день впечатлений! То он был ничейным комариком, а сейчас наш!
– Тум-тум-тум! – топал Гарем по потолку.
– Сейчас у него будет переизбыток стула в организме! – возмутился пленник, пытаясь встать.
Комар тут же притих, сделав вид, что спит крепким комариным сном.
– Бзззз! – раздалось в ночной тишине прямо над ухом.
– Он не привык, поэтому просто боится! – вскочила фея, ловя комара. – Не бойся, никто тебя здесь не обидит! Никто-никто!
Огромный комар, который едва помещался на тонких руках, точно боялся, что его кто-то обидит!
– Ну вот, все в порядке! – послышался голосок феи. И она погладила комара, перед тем, как лечь спать.