Доски под ногами у Эша снова покачнулись, и он вдруг почувствовал себя кораблем, резко снявшимся с якоря. Кораблем, который вот-вот разлетится в щепки и пойдет ко дну.
Прищурившись, он увидел на досках следы черной краски – она еще не успела высохнуть и влажно поблескивала. Сперва Эш решил, что это просто какие-то бессмысленные каракули – в конце концов, в городе было полно вандалов и мелкого хулиганья, так что это никого особо не удивляло. Но стоило ему обойти странные символы – и они сложились в слова.
«Что нашли – не вернем».
Эш уставился на надпись. К горлу тут же подступила тошнота. Ночами циркачи похищали людей. В городе даже учредили комендантский час, чтобы обезопасить жителей, но Эш все равно без конца слышал новые истории о том, как друзья исчезали по пути в магазин, а соседи пропадали без следа во время прогулок по окрестностям.
Никто точно не знал, что циркачи делают с похищенными горожанами, но Эш подозревал, что негодяи просто забирают у них все ценное, а тела потом выкидывают в воду. «Выворачивай карманы, не то пристрелю».
Голова у него закружилась.
– С чего ты взял, что похитили именно ее?
Уиллис вскинул руку. В полумраке сверкнул серебряный медальон.
– Вот что я нашел. Прямо тут и валялось.
Эш сжал челюсти, чтобы не выругаться. Украшение он узнал. Дороти и впрямь его носила.
«Она сама виновата, – упрямо подумал он, проведя подошвой по свежей краске. – Нечего было сбегать из бара и шататься по городу одной…»
Но разве не он ее к этому подтолкнул? «Вон там есть туалет, а в нем – окошко. Пообещай, что сперва выглянешь наружу». Он ведь предчувствовал, что одного взгляда ей будет мало! Видимо, наружу она выбралась, чтобы осмотреть окрестности, даже не подумав, что это опасно. Эш ведь даже не потрудился рассказать ей о Черном Цирке, когда упомянул о путешествиях во времени. По сути, он вообще ничего ей толком не рассказал о диковинном новом мире, в который она попала.
И если она, черт возьми, погибнет, это будет на его совести.
– Какие будут приказы, Капитан? – уточнил Уиллис. Медальон по-прежнему лежал у него на ладони. Цепочка оплела пальцы, а серебро поблескивало в лунном свете.
Эш прикусил губу. «Ну ладно, сукин сын, расхлебывай теперь», – пронеслось в голове. Ничего хорошего ее явно не ждало.
– Надо ее спасти.
Уиллис шумно выдохнул.
– Но это же верная смерть.
Эш посмотрел Уиллису в глаза. Тот был прав. Из Черного Цирка еще никто не возвращался. Их штаб-квартира располагалась в старом здании отеля «Фейрмонт», который они превратили в настоящую крепость. У каждого входа стояла охрана. Все окна были забраны решетками. Стоило только попасть к циркачам в лапы – и тебе крышка. Но…
Ему вдруг вспомнилась Дороти, стоящая посередине поляны в лесу неподалеку от церкви. Вспомнилось, как она молила его: «Увезите меня отсюда. Пожалуйста».
Он правильно сделал, что не взял ее с собой тогда. Но бросить ее теперь было равносильно тому, чтобы своими руками лишить ее жизни.
Да, пожалуй, Эш был мерзавцем. Но убийцей – точно нет.
– С другой стороны… – продолжил Уиллис, сосредоточенно разглядывая начертанные краской слова. – Не отказался бы я насолить Роману.
Он немного помолчал, задумчиво подергивая усы. А когда вновь заговорил, в голосе прозвучала неожиданная решительность.
– Есть у меня один приятель – когда-то он занимался закупками для циркачей. Так вот, он рассказывал про гараж, через который можно пробраться ко входу в подвал отеля. Охраны там нет.
– Почему ты мне раньше об этом не рассказывал? – спросил Эш. Все его мускулы тут же напряглись.
– Решил приберечь эти сведения на крайний случай. Не хотел, чтобы ты врывался к ним ни с того ни с сего, лишь потому что знаешь о потайном ходе.
Эш нахмурился. Трудно было сказать, что задело его сильнее: само допущение, что он способен на такую дурацкую выходку, или обидная фраза «ни с того ни с сего».
– Но теперь «крайний случай» настал, как я понимаю? – уточнил он.
Вместо ответа Уиллис принялся разминать пальцы и звучно щелкнул суставами.
Это было красноречивее любых слов.
Дороти открыла глаза. Потолок так и заплясал перед ней. Сперва он рассыпался на дюжину юрких серых теней, но потом вновь увиделся целиком. Она заморгала, и в голове вдруг запульсировала боль. Простонав, Дороти прижала руку ко лбу.
– Пистолет, – сказала она вслух. Ей живо вспомнился маленький черный предмет в руке незнакомца, тихий металлический щелчок взведенного курка.
Нет! Она нервно отдернула руку от лица и принялась ощупывать тело под мешковатой одеждой.
Ни ран, ни крови, ни боли – ничего. Стало быть, в нее не стреляли. Дороти вытянула руку вдоль тела, расслабив пальцы. Ну что ж, чем не повод для радости? Нужно учиться радоваться даже таким мелочам.
Она снова открыла глаза, и на этот раз потолок остался на своем месте. Еще одна маленькая победа! Дороти радостно вскинула голову, но тут же поморщилась от нового приступа боли. Она лежала на белом стеганом одеяле, желтевшем по краям. Рядом стояла еще одна кровать, покрытая таким же одеялом, но пустая.
