Нора вспыхнула, словно ее застали с любовником, и бросилась к мужу. Взяв его под руку, она с робкой улыбкой проговорила:
— Эйдан, я так… так рада, что ты пришел.
Он криво усмехнулся:
— У нас гость? Какая неожиданность! Но почему ты принимаешь гостя в саду? Может, в Англии так принято?
Нора еще больше покраснела.
— Эйдан, это мой старый друг, лорд Филипп Монтгомери.
— Лорд Монтгомери? — переспросила Кассандра. Она внимательно посмотрела на англичанина. — О, папа, это ведь тот самый джентльмен, который выручил нашу Нору на балу! Нора, он ведь танцевал с вами?
Норе хотелось сквозь землю провалиться.
— Просто лорд Монтгомери… Он ко мне очень добр. А сейчас он направляется в свое поместье Слиго и по дороге заехал сюда.
— В таком случае он сбился с пути, — проворчал Эйдан. — Слиго гораздо севернее. — Пристально взглянув на лорда Монтгомери, он добавил: — Вы, английские землевладельцы, здесь редкие гости. Поэтому объясняю: если поедете вдоль берега, то мимо не проедете.
— Но, Эйдан!.. — воскликнула Нора. — Зачем ты так?.. Он просто заехал, чтобы проведать меня и пожелать мне счастья.
— Да, конечно… — Эйдан снова усмехнулся. — Вероятно, я должен извиниться перед вами, Монтгомери. Но вы же сами понимаете, как это неприятно… Ищешь жену, а она любезничает в саду с каким-то незнакомцем.
— Вероятно, я тоже должен принести свои извинения, — сказал Филипп. — Но вы должны меня понять: у Норы есть друзья даже в этой Богом забытой стране.
Нора не сомневалась: если мужчины продолжат обмен любезностями в том же духе, то еще до захода солнца сойдутся на дуэли.
— Ты ошибаешься, Филипп, — проговорила она с улыбкой. — У меня здесь уже появились друзья. Миссис Бриндл, а также супруги Кейдегоны — они прекрасные люди. И Кассандра…
Нора снова улыбнулась и взглянула на девочку, которую любила ничуть не меньше, чем ее сумасбродного отца.
— Кейдегоны? — переспросил Филипп. — Случайно, не лорд и леди Кейдегон из Финсборо?
Кассандра взмахнула своими длинными ресницами и весело рассмеялась:
— Нет-нет, речь идет о лорде и леди Кейдегон… из домика кучера. Гиббон Кейдегон заведует нашими конюшнями, а его жена — самая замечательная экономка во всей Ирландии.
— Ты завела друзей среди слуг? — Филипп в изумлении уставился на Нору.
— Уверяю вас, Нора просто пошутила, — сказал Эйдан. — Она приехала совсем недавно и все это время проводила со мной и с Кэсси.
Филипп кивнул:
— Охотно верю, Кейн. Более того, нисколько не сомневаюсь. Ведь вы, конечно же, постарались оградить Нору от тех, кто мог бы что-нибудь рассказать ей о вашем образе жизни.
Эйдан вскинул подбородок и с вызовом в голосе проговорил:
— Поверьте, лорд Монтгомери, я сплетен не боюсь. Что же касается моего образа жизни и моего прошлого, то обо всем этом Нора узнала от меня.
— Не верю! — заявил англичанин. — Если бы она знала правду, то не вышла бы замуж за такого…
— Филипп, перестань! Эйдан был исключительно откровенен. Кроме того, наши отношения никого не касаются, — добавила Нора. Ей было очень неприятно сознавать, что лорд Монтгомери осведомлен о скандалах, связанных с прошлым Эйдана. — Что ж, Филипп, спасибо за доброту и участие, — продолжала Нора. — Спасибо, что приехал навестить меня. Тебе, наверное, не терпится добраться до Слиго, но может быть, выпьешь с нами чаю, перед тем как отправиться в путь?
— Нет, он должен остаться на бал! — раздался звонкий голосок Кассандры. Она ухватила англичанина за рукав. — Лорд Монтгомери, сегодня у нас состоится прием в честь Норы, и мы представим ее нашим соседям. Будут музыка, танцы и восхитительный ужин.
— Кэсси, лорд Монтгомери очень торопится. — Эйдан строго посмотрел на дочь. — Я уверен, что ему не интересны наши убогие развлечения.
— Но, папа, лорд Монтгомери так добр к Норе… И он знает, как неловко она себя чувствует на подобных вечерах.
— Кассандра, о чем ты?! — возмутилась Нора. — Я уже не робкая девочка. Нет нужды задерживать лорда Монтгомери.
Кассандра снова повернулась к англичанину и с ослепительной улыбкой проговорила:
— Конечно, Нора никогда не признается в этом, но вы-то знаете, что я сказала правду. Я нисколько не сомневаюсь: она будет чувствовать себя гораздо увереннее, если вы останетесь. К тому же вы снова сможете прийти ей на по мощь, если ее никто не пригласит потанцевать.
— Кэсси, неужели ты полагаешь, что моей жене понадобится помощь? — проворчал Эйдан. — Неужели ты думаешь, я позволю ей прятаться в тени колонн?
Нора выразительно взглянула на мужа. Возможно, за колоннами он ее не оставит, но после венчания бросил одну в церкви.
— Папочка, — не унималась Кассандра, — в делах такого рода ты невероятно беспечен. К тому же не забывай: будет очень неплохо, если Нора на своем первом балу в качестве хозяйки Раткеннона появится в сопровождении английского лорда.
— Вы весьма благоразумная молодая леди, — изрек Филипп Монтгомери. — И на редкость предусмотрительная. Кто мог бы лучше позаботиться о Норе? Что ж, я почту за честь остаться.
— В этом нет необходимости, Монтгомери, — заявил Эйдан. — Я и сам в состоянии позаботиться о своей жене.
