— От всего сердца благодарю вас. Кофе такой вкусный и… я непременно занесу вам деньги!
— На здоровье, — улыбнулся Набиль.
Вдруг Куликов поднял голову и к чему-то прислушался.
— Прошу прощения, но мне пора, — неожиданно сказал он. — Будильник звенит. Нужно просыпаться и идти на службу.
Я тоже прислушался, но не услышал никакого звона.
— Рад был с вами познакомиться, господин Тайновидец, — сказал Куликов.
И вдруг стал таять в воздухе. Он по-прежнему сидел за столиком, но становился все прозрачнее. И в конце концов, совсем исчез.
— Спасибо, что выслушали! — донесся до меня его голос.
Призрачная чашка с недопитым кофе осталась стоять на столе.
Я взглянул на хозяина кофейни и удивленно хмыкнул:
— Что это было, как вы думаете, Набиль?
— Новая тайна, Александр Васильевич? — предположил джинн.
Удивленно качая головой, я допил остывший кофе и вернул чашку на стойку.
— Что вы думаете о рассказе господина Куликова, Набиль?
— Вам самому хочется разобраться в его истории, — проницательно заметил джинн.
— Хочется, — не стал отрицать я. — Ведь не случайно же он забрел в вашу кофейню именно сегодня утром. Не случайно рассказал нам о своих снах, а потом исчез прямо у нас на глазах.
Я задумчиво провел пальцем по стойке.
— Знаете, чем чаще я сталкиваюсь с магией, тем вернее убеждаюсь в том, что случайностей не бывает.
— Еще кофе? — предложил Набиль.
— Пожалуй, — кивнул я. — Только сделайте мне маленькую порцию крепкого ристретто. Разумеется, без сахара и молока.
Набиль поколдовал над жаровней и через минуту вручил мне крохотную чашечку, на дне которой тягуче переливалась черная, словно деготь, жидкость.
Я сделал глоток и поморщился — кофе был чертовски горьким, а от его крепости у меня чуть глаза на лоб не полезли.
— Вот, теперь я точно понимаю, что не сплю, — усмехнулся я. — Ваш кофе способен оживить любого призрака.
— Что вы собираетесь делать, Александр Васильевич? — спросил Набиль.
— Пожалуй, загляну в Песочный переулок. Удостоверюсь, что господин Куликов, действительно, жив и здоров. А заодно спрошу у него адрес этой мастерицы снов. Знаете, каждый раз, когда я сталкиваюсь с незнакомой магией, меня охватывает настоящий охотничий азарт.
— Это все ваш дар, — уважительно кивнул Набиль.
— Да, — усмехнулся я.
Одним глотком допил ристретто, снова поморщился и аккуратно поставил чашку на блюдце.
— Заглянете завтра утром? — спросил Набиль. — Мне тоже любопытно, чем кончится эта история.
— Непременно, — улыбнулся я. — Завтра утром, или в другое время — как выпадет свободная минута.
— Вы правы, Александр Васильевич, — неожиданно сказал Набиль. — Когда имеешь дело с магией, случайностей не бывает.
Я помахал ему рукой и легко сбежал по деревянным сходням на пляж. До Шепчущего моста проще всего было дойти напрямик через парк. Но я решил не спешить и прогуляться вдоль берега.
И тут в сознании раздался зов Игната.
— Ваше сиятельство, вам бы вернуться домой. Тут беда!
Голос слуги звучал испуганно.
— Что случилось, Игнат? — насторожился я.
— Приехал ваш батюшка с Анной Владимировной. Он очень сердит.
Вот, не было печали!
Мы с отцом не виделись уже пару недель. И зов друг другу тоже не посылали — за последний год мы оба благополучно избавились от этой привычки. Несмотря на потепление в наших отношениях, к тесному общению с отцом я не стремился. Да и он тоже, судя по всему.
И вдруг, взял — и приехал! Это неспроста.
— Не паникуй, Игнат, — сказал я. — Проводи гостей в дом и предложи им чаю. Я скоро приду.
— Так в том-то и беда, ваше сиятельство! — доложил Игнат. — Дом вашего батюшку ни в какую не пускает. Оставил за калиткой, и все.
От неожиданности я чуть не расхохотался, но вовремя взял себя в руки.
Надо же, а у моего дома хорошая память! Он не забыл нашу ссору с отцом, и по-прежнему защищал меня.
— Может, его сиятельству чай к калитке вынести? — испуганно предложил Игнат.
— Не нужно, — улыбнулся я. — Я подойду через пару минут и все улажу.
— Вы уж поторопитесь, Александр Васильевич!
Черный отцовский мобиль стоял на подъездной дорожке, перекрыв въезд в гараж. Отец сердито расхаживал перед калиткой, заложив руки за спину и крепко сцепив пальцы. Его напряженная спина выдавала крайнее возмущение.
Меня удивила одежда отца — он был в охотничьем костюме и высоких сапогах. Не самый подходящий наряд для того, чтобы навестить сына.
Анна Владимировна стояла возле мобиля. Она была в сером брючном костюме. С озабоченным выражением на лице она следила за метаниями моего отца. Заметив меня, Гораздова облегченно выдохнула.
— Анна Владимировна, очень рад вас видеть! — поздоровался я.
— Здравствуйте, Александр Васильевич, — приветливо откликнулась Гораздова.
Отец резко развернулся на каблуках и уставился на меня.
— Александр, что за… — резко начал он.
И тут же прикусил губу.
— Добрый день, Василий Игоревич, — улыбнулся я. — Не ожидал, что вы заглянете.
Отец хотел еще что-то сказать, но Анна осторожно потянула его за рукав.
— Мы сами не ожидали, что заедем, — с улыбкой сказала она. — А ваш особняк очень бережет ваш покой.
— Поэтому я здесь и живу, — кивнул я, открывая калитку.
