— Во время нашего разговора он выглядел немного рассеянным, — подтвердил дед. — Мне показалось, что ему не дают покоя какие-то очень важные для него мысли. Настолько важные, что он даже о деньгах говорил невнимательно.
— Даже о деньгах? — рассмеялся я. — Вот это я понимаю, рассеянность. Но что вы хотите — у него дар Сноходца. Знаете, что это такое?
— Только по слухам, — с сожалением ответил Игорь Владимирович.
— Сноходец может менять сны, — объяснил я. — А вслед за ними меняется реальность. Это его дар.
— Опасное могущество, — покачал головой дед.
— Поэтому и дается оно не каждому, — усмехнулся я. — Пожалуй, я поищу нашего сноходца.
Я обошел сад, то и дело останавливаясь для того, чтобы попрощаться с гостями. Савелия нигде не было. Только перламутровый туман клубился, как напоминание о сноходце.
Тогда я послал зов дому.
— Ты не знаешь, куда делся Куликов? С ним все в порядке?
Через секунду дом прислал короткий подтверждающий импульс.
— Он здесь? — спросил я.
Еще одна короткий импульс, в котором я уловил растерянность.
— Ты сомневаешься? — удивился я. — Погоди… Он здесь и не здесь?
Дом с облегчением подтвердил мою догадку.
— Ну, конечно, — рассмеялся я. — Чего еще ожидать от сноходца?
Я нашел Савелия в небольшой гостиной на втором этаже. Честно говоря, раньше я даже не подозревал о ней. Возможно, дом создал эту гостиную специально для того, чтобы Куликова никто не побеспокоил.
Савелий сладко спал в кресле. Забрался в него с ногами, подложил ладонь под щеку и радостно улыбался во сне. Похоже, ему снилось что-то очень хорошее.
Я хотел разбудить его и отправить домой. Уже протянул руку, но дом меня остановил. Мягко коснулся моего сознания, предостерегая.
— Думаешь, не стоит его будить? — улыбнулся я. — Возможно, ты прав.
На лестнице послышались торопливые шаги.
— Александр Васильевич! — услышал я встревоженный голос Игната. — Вы где?
Я быстро вышел из гостиной и плотно прикрыл за собой дверь. Игнат поднимался по лестнице, тяжело дыша.
— Александр Васильевич!
— Тише, — сказал я. — Савелия разбудишь. Что случилось?
Честно говоря, я не слишком беспокоился. Привык, что в стенах моего дома не может произойти ничего плохого.
— Там, в саду! — задыхаясь, сказал Игнат. — Там такое. Магия творится! Посмотрите сами.
— Магия? — удивился я. — Мне нужно это увидеть!
Обогнав Игната, я сбежал по лестнице. Выбежал в сад и застыл в изумлении.
Перламутровый туман медленно и беззвучно кружился по часовой стрелке. Он поднимался вверх толстой дымчатой колонной и переливался в свете паркового фонаря. В глубине тумана проглядывали смутные контуры какого-то сооружения. Они дрожали и менялись.
Я заметил, что дед стоит рядом со мной.
— Там что-то есть! — взволнованно сказал Игорь Владимирович. — Оно живое.
— Нет, — возразил я. — Туман создает иллюзию движения. Это какое-то здание.
— Темная магия это! — убежденно пропыхтел подбежавший Игнат. — Надо Зотова звать.
— Погоди, — улыбнулся я. — Кажется, я понимаю, что происходит.
Подул ветер. Туман закружился быстрее. От него отрывались косматые клочья и улетали в темноту парка.
Из крутящегося туманного облака проступила приземистая круглая башня, сложенная из светлого известняка. Башня стояла на мощном фундаменте из гранитных блоков. Внутрь внезапно возникшего здания вела полукруглая дверь. Сейчас она была закрыта. Выше двери башню кольцом опоясывали высокие окна. А широкую вершину венчал прозрачный стеклянный купол. В стекле отражались звезды.
— Саша, что это? — спросил Игорь Владимирович.
— Это обсерватория, — рассмеялся я. — Астрономическая обсерватория, которую обещал построить для меня Савелий Куликов.
— Но она появилась прямо на наших глазах. Так не бывает. Она настоящая?
— Это можно проверить.
— Не стоит, ваше сиятельство! — предостерег меня Игнат. — Не связывайтесь вы с темным колдовством.
Не обратив внимания на его слова, я подошел к башне. Дотронулся до камня — он оказался твердым, холодным и шершавым на ощупь. Потом постучал по нему, и камень издал глухой звук.
— Настоящая, — улыбнулся я.
Ветер унес последние клочья тумана. Обсерватория осталась в моем саду. Она выглядела так, будто стояла здесь всегда. Кое-где на серых блоках фундамента даже зеленели пятна мха.
— Разговоров будет на всю столицу, — недоверчиво проворчал Игнат. — С утра горожане сбегутся глазеть.
— Поговорят, и привыкнут, — улыбнулся я.
Раздался звук шагов. Из-за угла дома появился Савелий Куликов. Он потер ладонью сонные глаза и недоверчиво посмотрел на обсерваторию.
— Это я сделал?
— А кто же еще? — рассмеялся я.
— Это опять сон, Александр Васильевич?
Словно в ответ на его слова, дверь башни сама собой открылась, тихо скрипнув петлями. Обсерватория приглашала нас внутрь.
— Сейчас проверим, — повторил я. — Игнат, будь добр — прихвати бутылочку красного и бокалы. И посмотри на столе — кажется, там остался сыр.
— А я чувствовал, что произойдет что-то важное, — пробурчал себе под нос Игорь Владимирович.
