– Ты думаешь, эта девушка – принцесса? – Мне не слишком нравится тон Лорана и выражение его лица, когда он оценивающе – и скептически – осматривает меня сверху донизу. Я явно ему не по душе.
– Эмберли особенная, – настаивает Аврора.
Под взглядом Лорана становится еще неуютнее. Он сужает глаза и наклоняется вперед, частично закрывая собой жену и дочь.
– Да, но что вообще мы о ней знаем?
–
– Эмберли – не ваша забота, – разносится гулким эхом в комнате голос Сейбл. Если бы я сидела ближе, то дала бы ей пять.
– Черта с два.
– И сейчас мы говорим не о ней.
– О, уела, – шепчет рядом Эш.
– Ну конечно же, она принцесса. Не связывайся с королевскими особами, пап.
Ох, Стерлинг. Обожаю его.
Лоран еще сильнее склоняется вперед, чтобы пристально посмотреть на сына. Не удивлюсь, если из его ледяных глаз полетят сосульки. Стерлинг наклоняет голову и бормочет:
– Просто сказал.
– Отстань от нее, папа, – заговаривает Стил – и я выпрямляю спину. – Если бы не Эмбер, ты бы сейчас искал мой замерзший труп. Не говоря уже о том, что нас бы всех убила орда Отрекшихся.
Ну, вообще, я просто коснулась таинственного шара, но указывать на это я не собираюсь.
Лоран открывает рот, чтобы возразить, но жена кладет руку ему на спину, останавливая поток слов, уже готовый сорваться с его губ.
– Эмберли помогла спасти наших детей, рискуя собственной жизнью. Мы должны благодарить, а не подозревать ее.
Через мгновение он наклоняется и обхватывает лицо жены руками, целомудренно целуя ее в губы. Это так мило, так заботливо, что у меня сжимается сердце, когда я на них смотрю. Между этой парой царят истинная любовь и взаимоуважение. Редкость в нашем ужасном мире.
Это было бы прекрасное зрелище, если бы Лоран только что не показал мне, каким может быть первоклассным придурком.
Глядя в глаза Элоизы, Лоран кивает, а потом снова обращает взгляд своих кристальных глаз на меня.
Когда он заговаривает, в его манерах и речи не чувствуется превосходства и враждебности:
– Прошу прощения. Моя жена права, мы тебе многим обязаны.
– Ну… пожалуйста?
Ого. Быстро он переобулся. Что за колдунья его жена, что может так быстро заставить его сбавить обороты?
Элоиза ловит мой взгляд и приподнимает уголки губ в заговорщической улыбке. Она подмигивает мне.
Может, она и похожа на Сильвер, но я начинаю понимать, откуда у Стерлинга такая харизма.
Грейсон влажно кашляет, привлекая всеобщее внимание.
– Братец, у тебя снова кровь пошла? – спрашивает Стерлинг у близнеца.
Тот поднимает руку – на ней следы свежей крови.
– Хреново. Мне правда нравилась эта рубашка. – Грейсон, похоже, гораздо больше расстроен из-за испорченной одежды, чем из-за кровоточащего живота.
– Ну ладно, – говорит Сейбл. – Остальное обговорим утром, после того, как все хорошо отдохнут, а все травмы должным образом обработают. Грейсон, я тебя имею в виду.
– Да, да. Уже ушел. – Грейсон поднимается и покидает комнату первым, но за ним начинают расходиться и остальные. Большинство из нас уже валятся с ног от усталости, так что я слышу шарканье ног и ворчание.
– Эмберли, можно с тобой поговорить?
Я хлопаю ресницами. Я уже почти что сплю.
– Конечно.
Мягко обхватив меня за руку, Сейбл отводит меня в сторону, чтобы нас не слышали остальные. Эш бросает на меня вопросительный взгляд, но я отмахиваюсь. Заметив нас, Стил останавливается, хмуро опуская уголки рта. Я слишком плохо соображаю, чтобы понять, чем он недоволен.
– Ты знаешь, как тебе удалось раскрыть крылья в мире смертных?
Выбросив Стила из головы, я сосредотачиваю свое внимание на Сейбл и тру рукой лоб.
– Я знаю, что надо это выяснить, но не уверена, что сейчас у меня хватит на это сил. У меня такое чувство, что это как-то связано с тем волшебным шаром. Я не смогла выйти из фазы в мир смертных с крыльями после того, как прикоснулась к шару. Но вы же знаете, я все еще пытаюсь понять, как работают эти мои способности. – Я потираю глаз тыльной стороной ладони. Глазные яблоки сухие и раздраженные. – Я без понятия. Может, это совпадение. – До конца скрыть разочарование в голосе не выходит.
Сейбл кивает, но от ее взгляда у меня в животе разрастается беспокойство.
– Я понимаю. – Она делает глубокий вдох и поджимает губы, прежде чем продолжить. Что бы она ни хотела мне сказать, ей трудно это выговорить. – Мне неприятно говорить тебе об этом, правда, но придется рассказать Совету о твоих навыках. Обо всех. Я больше не могу держать это в секрете.
А вот и оно.
– Мы должны узнать ответы на кое-какие очень важные вопросы, а я исчерпала все свои средства.
Дверь столовой захлопывается, пугая меня. Мы одни. Даже Стила больше нет.
Я смотрю на выход. На меня волной накатывает знакомое желание сбежать. Пора сделать выбор. Я могу, согласно своему плану, покинуть Академию Серафимов или выдержать все, что случится здесь со мной дальше.
