Депутаты российского парламента почти сразу подняли вопрос о границах Украины — невзирая на то, что правительство России обещало уважать территориальный статус-кво. Настоящую бурю страстей вызвала проблема Крыма: депутаты пытались доказать, что акт 1954 г. о передаче полуострова от России Украине является неконституционным. Эту идею поддержали коммунисты-ортодоксы, все еще правившие Крымом, а также российские шовинисты. Со своей стороны Украина настаивала на нерушимости собственных границ.
Крымская проблема породила еще одни распри — вокруг Черноморского флота. Базируясь в основном в Севастополе и насчитывая около 300 кораблей и 60—70 тыс. экипажа, этот флот конкретно воплощает собой вековечную тягу России к незамерзающим портам. Но поскольку территория Крыма формально является украинской, Киев заявил о своих претензиях на эту святая святых российской имперской истории. Предварительные переговоры обеих сторон ни к чему не привели, кроме нарастания взаимных обвинений.
Еще большую тревогу мирового сообщества вызвала конфронтация Украины и России по поводу ядерных вооружений. Еще до распада СССР Москва и Вашингтон подписали договор о сокращении своих ядерных арсеналов. С созданием же СНГ Украина стала отстаивать идею о переведении своего ядерного оружия в Россию для его ликвидации (а этот потенциал позволяет Украине считаться третьей ядерной державой мира) — в обмен на адекватную финансовую компенсацию и гарантии дальнейшей безопасности. Такая позиция входила в противоречие с уже достигнутыми договоренностями и вызвала недовольство как Вашингтона, так и Москвы.
Напряженность между двумя бывшими «братскими республиками» усиливалась и разногласиями по вопросу о сущности СНГ. Москва не скрывала, что видит в Содружестве некое надгосударственное образование со своей бюрократической структурой, призванной координировать военную, политическую и особенно экономическую сферы деятельности своих членов. Киев же, опасаясь того, что Россия узурпирует в СНГ доминирующую роль, склонен был расценивать его скорее как средство «цивилизованного развода» с бывшим СССР, как форум для обсуждения общих, главным образом экономических, проблем, который ни в коем случае не ограничивал бы независимость Украины.
Летом 1992 г. в разрешении некоторых из этих крайне неприятных проблем был достигнут определенный прогресс. Однако процесс перестройки издавна неравноправных отношений между Россией и Украиной, будучи весьма деликатным и необычайно сложным, требует напряженнейшей работы и, вероятнее всего, растянется на многие годы.
Однако все это напрочь дезавуируется неспособностью правительства контролировать все ухудшающуюся экономическую ситуацию. Разумеется, проблемы, стоящие перед ним, невозможно разрешить в одночасье, и ни одна из бывших советских республик пока еще не достигла каких-либо успехов в этом плане.
На протяжении более чем года независимого существования Украины правительство Витольда Фокина оставалось чрезвычайно вялым и неспособным к конструктивным действиям. Более того, оно лишь усложнило все проблемы, допустив неимоверный рост коррупции и злоупотреблений среди правительственных чиновников. Время тратилось впустую, и это дорого стоило гражданам Украины.
Не спешило руководство и с решением фундаментальных вопросов державотворчества. В частности, все еще не существовало Конституции, которая определяла бы главные направления этого процесса. В результате неясно, какой должна быть Украина — президентской или парламентской республикой. Отсюда и неопределенность в распределении полномочий между законодательной и исполнительной ветвями власти. Сначала президент Кравчук сделал попытку расширить свое влияние и укрепить исполнительную власть: он назначил своих представителей на местах, сформировал совещательный орган — Думу и издал ряд указов, имеющих силу закона. Однако с осени 1992 г. с ним стал конкурировать парламент, возглавляемый Иваном Плющом. Все это никак не способствовало результативности властных решений.
