Украина це Россия полностью

«Координационный центр мусульман Северного Кавказа», который сейчас муфтий Карачаево-Черкесии Исмаил Бердиев возглавляет, это «Центральное духовное управление мусульман России», которое возглавляет верховный муфтий Талгат Таджуддин, его центр в Уфе находится, и «Совет муфтиев России», который возглавляет московский муфтий Равиль Гайнутдин, бывший сподвижник Талгата Таджуддина, они находятся в Москве. И вот эти три структуры… В общем-то, когда Президент встречается с представителями мусульман, он встречается с тремя представителями. Когда Святейший Патриарх встречается с представителями мусульман, на эти встречи приглашается также муфтий Татарстана. Который, по сути, самостоятельная фигура в исламском сообществе. Также есть несколько муфтиятов, которые не входят в эти центры и действуют самостоятельно. Попытки объединить мусульман под единым руководством предпринимались несколько раз, но заканчивались очередными скандалами и сейчас, по-моему, желающих заняться этим снова — не наблюдается. Поскольку вероятность успеха крайне мала. И Владимир Путин высказывался, что государство не будет вмешиваться во внутренние дела мусульман и какого-то единого для них муфтия избирать, ну поэтому так у нас, наверное, и будет неопределённое долгое время 65 муфтиятов, 65 муфтиев. Это больше чем, по-моему, во всех арабских странах, вместе взятых. И авторитет, конечно, из-за этого падает, потому что муфтиев становится всё больше, а авторитет у них, к сожалению, становится всё меньше, в том числе и по их собственной же вине. Ну и, конечно, и ваххабиты тоже со своей стороны предпринимают все усилия для того, чтобы дискредитировать людей, которые хоть малейшую лояльность высказывают.

Вот недавно был очень показательный случай в Татарстане. Первый заместитель муфтия Татарстана Валиулла Якупов, прекрасный богослов и издатель мусульманской литературы, призвал мусульман выполнять решение суда и уничтожать литературу, признанную экстремистской. То есть призвал российских граждан выполнять российские законы. За это ваххабиты подняли бунт в муфтияте и его сняли с его должности. Вот такая вот у нас интересная вещь произошла в современной России. То есть человек пострадал за то, что он призвал соблюдать российские законы. Это было интерпретировано как антиисламская пропаганда. И таких людей как он, к сожалению, довольно мало и удары они со всех сторон получают. И, честно говоря, государство могло бы их всё-таки как-то посильней поддерживать, поскольку это его главная опора в исламском мире.

Часть 12. Вопросы

Дмитрий Пучков: Следующий вопрос. Интересует исламская точка зрения на убийство. Такое впечатление, что в исламе убийство иноверцев вообще не считается грехом. В этом смысле христианство гораздо более мирная религия, многие отказываются брать оружие в руки и служить в армии, потому что Господь запретил убивать. Конечно, убийство при определённых условиях допускается. Убивать — это грех, говорят они, но это грех, который я беру на себя. А затем усердно молят Бога о прощении. А что в исламе говорится об убийстве?

Роман Силантьев: Убийство в исламе осуждается так же, как и в христианстве, однако в ряде случаев, например — справедливая война, война оборонительная, защита слабых — убийство считается, к сожалению, необходимым фактором. Конечно, убийство это грех, этот грех надо… скажем, в нём каяться, но в ряде случаев неубийство является большим грехом — как в исламе, так и в христианстве. Непротивление злу насилием периодически гораздо более печальная вещь, чем противление. Иначе не было бы уже, наверное, ни ислама, ни христианства, ни вообще каких-то стран. И на практике, надо сказать, крайне редко непротивление злу насилием встречается, что даже те религии, которые имеют славу самых миролюбивых, защищаются и защищаются вполне успешно.

Дмитрий Пучков: Какие основания у мусульман полагать, что из всех боговдохновенных текстов лишь священный Коран сохранил первозданность, а остальные тексты претерпели искажения?

Роман Силантьев: Это входит в базовые догматы исламского богословия, поскольку появление Корана, с точки зрения мусульман, и было вызвано тем, что Библия была искажена. А, поскольку Коран это последняя книга, которая дарована человечеству перед концом света, значит, её надо сохранить от искажений и мусульмане считают, что она не исказилась со времён Мухаммеда, поэтому является единственным не искажённым священным писанием.

Дмитрий Пучков: А что говорит об искажениях наука?

Роман Силантьев: Наука не может давать оценку этим вещам, поскольку это область богословских диспутов, потому что это вопрос веры. Мусульмане верят в богоданность Корана, христиане в это — не верят. Наука вряд ли может выступить арбитром в этом споре.

Дмитрий Пучков: Я не совсем об этом. Возможно, существуют некие варианты текстов?

Роман Силантьев: Вариации разных текстов