А вот Старомир Глыбозерский меня не порадовал. На его месте я как раз попросил бы содействия. Очевидно, что древнее городище Глыбозеро на берегу одноименного озера — следующая цель армии «Центр». Кумбал-хан и его триста унгуннов сравняют тамошнюю крепость с прибрежным песком. Печальный парадокс: именно глыбозерцам, рассуждая теоретически, я способен помочь. Мы могли бы выступить вслед за унгуннами, настигнуть их на подступах к Глыбозеру и — ударить сволочам в спину из камнеметов…
Однако волос в бороде Старомира долог, да ум короток. Вместо помощи соседушка изящно-лаконично объявляет мне войну. Я навел справки: накануне ночью неведомые злоумышленники подожгли княжий терем Старомира в его столице. Подожгли качественно: хоромы сгорели дотла, серебряная казна сплавилась в комок, в огне погибли любимые наложницы (князю за 60 лет, но он бодр душой и телом). Любопытная деталь: ускользая от преследования, поджигатели обронили… что бы вы думали? Золоченый греческий шлем.
К сожалению, князь Старомир не знает, что этот шлем был украден у моего глупого катафрактика Кирюши Мегалоса. Теперь разгневанный дедушка намерен отомстить подлому иноземцу, провокатору Лисею. Я так понимаю: небольшая, но крепкая дружина глыбозерских ветеранов уже движется на мою прежнюю столицу — городок Вышград.
Подвожу итоги. Старомир копирует мои ошибки: он поддается на провокацию и оголяет свой главный град Глыбозеро. Просто удивительно, насколько однообразны приемы чурильского жреца Плескуна! Меня он «купил» возможностью легко разгромить разбойников. А Старомира насадил на крючок мщения. Разумеется, это горбун выкрал греческий шлем и подкинул его на пепелище…
Я вздохнул, принял у сенной девушки бересту и тщательно нацарапал (кое-как научился писать славянскими крюками):
ЛИСЕЙ ВЕЩИЙ — СТАРОМИРУ ГЛЫБОЗЕРСКОМУ СЛОВО
(С пословным человеком, коему плачено вполдороги две куны)
Любезный сосед!
Сообщаю тебе, что по моим землям недавно прошло могучее вражеское войско число м за триста тяжкобронных всадников. Воевода их есть Кумбал-хан, а стяги суть Чурилы сына Пленкова внука Свароженина. Остановить поганых я не успел. Вражье войско ушло далее на Упадок, к межам твоего княжества. Предлагаю тебе мир против поганых, а что я терем твой пожег, то есть ложный злоумысел коварного Плескуна, в чем имею доказания.
Перечитал грамотку и улыбнулся. Потом взял еще одну чистую берестушку и написал другое послание, на этот раз по-гречески:
АЛЕКСИОС ГЕУРОН — ДЕСЯТНИКУ НЕРО
(Секретно, с вооруженным катафрактом)
Вражеское войско прошло мимо Жиробрега, не осадив его. По краю Бобрового леса неприятель ушел по направлению на Стожарову Хату и далее на Глыбозеро. Приказываю: выходите на след чуждом армии и двигайтесь позади нее на безопасном расстоянии. Ни в коем случае не приближаться, тем более запрещаю вступать в бой! Ждите нас. Я беру катапульты и тоже выступаю по нenpиятeльcкoмy следу. Место встречи — село Стожаровa Хата, К вашему приходу оно, скорее всего, уже будет сожжено противником. Постарайтесь оказать помощь выжившим жителям и ждите нас.
Царь Леванид, слегка нетрезвый после нашего удачного избавления от потенциальной осады, подошел и легко ударил по плечу:
— Ах, дорогой князь! Почему не пьешь моего вина?!
Расхохотался, приобнял свободной рукой и заглянул через плечо в бересту.
— Послушай князь… — пробормотал он через минуту и убрал руку. — Что ты делаешь опять? Я ничего не понимаю: ты хочешь брать катапульты и пойти на Стожарову Хату?
— Именно так, ваше величество.
— Но… Стожарова Хата находится во владениях нашего соседа Старомира! Разве ты хочешь вторгнуться в пределы Глыбозерского княжества?
— Боюсь, что Глыбозерского княжества более не существует, — с грустной улыбкой сказал я. — Поднимайте своих алыберов, ваше величество. Мы выступаем в погоню за Чурилиной армией.
