– У вас замечательная веранда! И сад ночью очень красив!
Хозяин ответил ей церемонным поклоном и отодвинул резной стул, чтобы девушка села рядом с ним. Стиллер поблагодарила его и мягко опустилась на предложенное сиденье. Близнецы едва не прожгли его взглядами, но вовремя спохватились и принялись рассматривать бокалы.
– Теперь мы можем поговорить о работе? – спросила Ли, когда все расселись.
– Конечно, можем, – согласился Шейн, – Прошу прощения за прямоту, но все ли ваши друзья могут быть посвящены в детали или нам лучше обсудить заказ наедине?
– Ничего страшного, прямоту я ценю. Да, все присутствующие здесь могут знать детали.
– Тогда можем говорить открыто. Иль сказал вам, какой товар мне нужен?
– Да. Вам нужна мечта о спасении мира.
Шейн успел отметить, что у братьев округлились глаза.
– Все верно. И я надеюсь, вы сможете мне ее добыть.
– Иль, вероятно, уже говорил вам, что я не могу дать никаких гарантий. Эта мечта… я почти уверена, что на Лице ее не найти.
– Но вы все же попытаетесь?
– Хитрость в том, Шейн, что вы предлагаете чересчур привлекательную награду. Шанс перебраться в этот город дорогого стоит. Так что да, я приложу все усилия, чтобы найти вам эту мечту.
– Благодарю. Только у меня к вам одна просьба.
– И какая же?
– Прошу вас до окончания задания гостить в моем доме. А когда справитесь – я, как и обещал, передам вам ключи от вашего дома, он уже приобретен и я смогу его вам показать сегодня на прогулке.
– Хорошо, я выполню вашу просьбу. Мои друзья пока что тоже могут гостить у вас?
– Если им и вам так комфортнее, то бесспорно. У меня большой дом, мне в радость его заполнить, пусть и не на продолжительный срок.
– А где же ваша семья? – спросила девушка, но тут же спохватилась, – Простите, если вопрос вышел слишком личным, можете на него не отвечать.
– Ничего, все в порядке. Мой отец умер два года назад, а мать я совсем не помню. Братьев и сестер никогда не было, а собственной семьей я еще не удосужился обзавестись.
– Отчего же? Если сами жалуетесь на пустой дом?
– У меня сложный характер. И слишком требовательный вкус. Боюсь, далеко не каждая дама готова такое терпеть.
Лианелла беззаботно рассмеялась. Шейн несколько оторопел:
– Вы смеетесь надо мной?
– Не над вами, а над тем, как вы недооцениваете женское коварство.
– Раз уж вы начали надо мной смеяться, быть может, перейдем на «ты»? Насколько я вижу, мы почти ровесники. Сколько вам, двадцать пять?
– Мне тридцать. И вам, полагаю, тоже.
– Тридцать один. Так что насчет перехода на «ты»?
– Поддерживаю. Хотя могу и выкать иногда, очень уж важный у тебя вид.
– Шутишь надо мной? Все интереснее и интереснее становится, – потом Шейн вспомнил про притихших гостей и добавил, – Предложение перейти на «ты» и на вас всех распространяется. Не надо мне выкать, хорошо?
Все согласились, хотя братья и поглядывали на него с некоторым осуждением. И чем он им не угодил, интересно? Или они всегда такие?
Шейн отчего-то полагал, что разговор о работе продлится куда дольше, но он быстро иссяк, у Лианеллы не было возражений, которые он был готов услышать. Она согласилась так легко, что страшно было в это поверить. Быть может, стоит за это благодарить Корпорацию, которая столь усердно гоняется за девушкой по всем мирам. Если бы переговоры проходили в мирное время, скорее всего, Лианеллу пришлось бы уговаривать, и уговаривать долго.
– Так что, – спросил ее Шейн, – Готова составить мне компанию на прогулке? Если твоя друзья нас отпустят, конечно.
– Готова. После ужина и вина ой как хочется прогуляться и подышать свежим воздухом.
Возражений по поводу их ухода не поступило, так что Шейн при всех попросил Иля заботиться о гостях, всячески развлекать их и помогать устроиться в поместье. Лианелла внимательно слушала его распоряжения и нервно поглядывала на Джарвина, будто боялась оставлять его одного. Тот поймал ее взгляд и подмигнул в ответ. А ведь мальчишка ее успокаивает! Он не горит желанием оставаться в поместье, но еще больше он не желает волновать Ли.
Шейн с довольной улыбкой пригласил Лианеллу к выходу с террасы и повел ее по тропинкам сада к парадным воротам поместья, через которые они и вышли в город. Стоял поздний вечер, южная ночь уже распахнула перед ними свои объятия. В воздухе разливался запах моря и акаций.
Ли держала его под руку, как и положено, но делала это столь невесомо и робко, что Шейн то и дело смотрел, не отошла ли она куда-нибудь. Но нет, она была тут, и чем дальше они отходили от дома, тем сильнее она менялась. Скоро она уже расспрашивала Шейна об истории города, о местных обычаях и правилах. Они заглянули в таверну, выпили лимонной настойки и взяли себе по мороженому. Светская прогулка все больше уступала место обычному дурачеству.
Через пару часов у них уже болели ноги от брусчатки и животы – от смеха.
– Я обещал показать тебе дом! – вспомнил Шейн и потащил Ли в противоположную сторону.
– Эй, помедленнее! Я за тобой не поспеваю.
– А ты ногами быстрее перебирай. Вон, какие длинные, надо только их правильно применять.
– Хочешь сказать, не оттуда растут?
