Вспомнив о детях, Ведьмакина надолго впала в задумчивое состояние, и Корнышев без проблем довел ее до машины Екатерины и усадил на заднее сиденье. Ведьмакина молчала все время, пока они ехали по Ларнаке, и очнулась только тогда, когда заплутавший на ночных безлюдных улицах Корнышев спросил у нее:
– Здесь налево или направо?
Тут Ведьмакина снова вернулась в действительность, бросила взгляд сквозь лобовое стекло машины и коротко сказала:
– Направо.
Корнышев въехал на парковочную площадку перед домом Ведьмакиных, где их не могли видеть из соседних домов, помог выйти из машины Алле Михайловне и довел, поддерживая под руку, до двери дома, но замок двери открыл сам, после чего пропустил вперед Ведьмакину, вошел за ней следом, плотно закрыл дверь и только потом включил свет. Ведьмакина смотрела на него без неприязни и без осуждения.
Взгляд чрезмерно уставшего человека.
– Давайте отдохнем, – сказал ей Корнышев. – А завтра уже займемся делами.
Он повел женщину на второй этаж и без труда нашел ее спальню, потому что знал, что спальня рядом с кабинетом, а в кабинете он уже бывал. Усадил Ведьмакину на постель. Алла Михайловна казалась безучастной и сонной.
– Я сейчас, – сказал ей Корнышев.
Он спустился вниз и вскоре вернулся со стаканом воды в руках и с парой таблеток, которые он нес на блюдце.
– Выпейте вот это, – предложил Корнышев.
– Что это? – спросила Ведьмакина голосом безвольным и тихим.
– Снотворное. Вам надо хорошенько выспаться.
Ведьмакина безропотно выпила снотворное.
– Какая-то слабость, – сказала она, будто удивляясь непривычным для нее ощущениям. – Мне ничего не хочется.
– А спать вам хочется?
– Спать? – переспросила Ведьмакина и задумалась, прислушиваясь к самой себе. – Спать хочется, да.
Корнышев не оставил ее одну и дождался, пока ее сморил сон. Ей уже не хотелось сидеть, ей хотелось прилечь, она прикорнула на краешке своей постели и очень скоро заснула.
Прежде чем начать осмотр, Корнышев прошел по всему дому и закрыл окна так, чтобы снаружи ничего нельзя было увидеть. Первым делом он занялся кабинетом Ведьмакина, хотя и понимал, что вероятность обнаружить что-нибудь интересное здесь практически равна нулю. Больше для очистки совести, чем в надежде получить результат, он проверил все, что можно, и даже простучал стены. Никакого результата. Комнату, где спала Ведьмакина, он пропустил, а следующая комната принадлежала, судя по всему, Никифору. Кровать, стол, два стула, музыкальный центр, встроенный шкаф. Корнышев начал со шкафа. В основном там была одежда. Корнышев доставал из шкафа вещь за вещью, тщательно ощупывал каждую и с той же тщательностью проверял содержимое карманов. Ничего интересного он там не обнаружил: расческа, телефонная карта, несколько мелких кипрских монет и одна банкнота достоинством в один кипрский фунт – все то, что свойственно забывать в карманах одежды.
На столе стопками громоздились книги. Русский и английский язык. Детективы. Фантастика. Несколько книг о боевых кораблях периода Второй мировой войны. Путеводители по европейским странам. Все без исключения книги Корнышев пролистал в поисках каких-нибудь бумаг, но не нашлось ничего интересного: клочок бумаги, служащий закладкой, без каких-либо надписей, и карманный календарик за 1998 год с изображением Московского Кремля – тоже без пометок и надписей.
Еще на столе лежала кипа газет «Вестник Кипра». На русском языке. Все газеты Корнышев перетряхнул одну за другой, но постранично не перелистывал, экономя время. Среди газет обнаружились: открытки с видами Кипра (без текста), туристические буклеты, заграничный паспорт Ведьмакина Никифора Александровича. Корнышев пролистал страницы паспорта. Всего одна виза: двухтысячный год, Греция. Штампы о въезде и выезде. Младший Ведьмакин провел в Греции всего одну неделю. Озадаченный Корнышев еще раз пролистал страницы паспорта, но результат был прежний. Тогда он вернулся к стопкам книг и выбрал все путеводители, которые там были. Путеводитель по Греции есть. Но еще есть путеводители по Франции, по Великобритании, по Лихтенштейну, по Швейцарии… По Швейцарии? Алла Михайловна рассказывала о том, как она со своим супругом летала в Швейцарию. И их там встречал молодой человек. Немногословный. С короткой стрижкой. Лет двадцать пять – двадцать семь. И Ведьмакиной в тот раз показалось, что этот молодой человек – коллега ее мужа.
Корнышев стал листать путеводитель по Швейцарии, внимательно просматривая страницу за страницей. И где-то в середине книги на белом поле рядом с текстом он увидел вписанный от руки набор цифр. Явно телефонный номер. Первые несколько цифр заключены в скобки, так обычно делают, выделяя телефонные коды страны и города, где находится абонент. Корнышев отыскал в путеводителе раздел, посвященный телефонной связи в Швейцарии. Все правильно он понял. Код Швейцарии. Код города Цюриха. И телефонный номер абонента в городе Цюрихе.
В других путеводителях, которые с таким же тщанием изучил Корнышев, никаких пометок он не нашел.
