В некоторых местах по обочинам трассы уже с энтузиазмом трудились люди. Среди них Демидов успел заметить знакомых из бизнес-элиты и российского бомонда. Они увидели Стрельцова, заправски управляющегося с лопатой, Сему Фомаря, толкающего перед собой тачку с мусором, знаменитого певца Филиппова со своей новой пассией, которые не столько были заняты уборкой территории, сколько развлекали народ исполнением песен под аккордеон.
Добравшись до площади в Жуковке, они встретили писателя Орлова-Таврического, который со своей верной последовательницей Анютой Тихой из вагончика с надписью «Соки-Воды» предлагал прохожим приобрести свои произведения. Время от времени к ним из колонны выскакивали люди, желающие попить-поесть, но писатель весьма остроумно всех отфутболивал со словами, что не конкурирует с государством на его сегменте рынка. Позади вагончика стоял роскошный «Бентли» писателя образца 1938 года.
– Вот тут мы и разживемся бензинчиком, – хитро шепнул Катеньке на ухо Демидов и вышел с канистрой. – Смотри, как это делается.
– Неужели ты дойдешь до того, что сольешь бензин?
– Упаси бог, только добровольное пожертвование со стороны творческой интеллигенции. – Уверенным шагом он подошел к вагончику и представился: – Демидов. Заместитель главы земской управы. Прошу предъявить разрешение на выездную торговлю. И вообще, почему вы не заняты общественно полезным трудом?
Задохнувшийся от подобной наглости Орлов-Таврический уже готов был открыть рот на новоявленного чиновника, но его спутница стала что-то быстро-быстро шептать ему на ухо и мигом выскочила из вагончика, бесцеремонно схватив Демидова под руку. На ней была коротенькая юбочка выше колен и такая же пикантная блузка.
– Отойдем, господин директор.
И не говоря больше ни слова, потащила Даниила за вагончик:
– Ты с канистрой зачем таскаешься, директор? Жить стало невмоготу?
Не скрывая, Даниил объяснил, что ему нужен бензин для поисков тайного выхода с Рублевки.
– А меня захватишь с собой, если найдешь? – кокетливо спросила писательница. – Совсем я здесь закисла.
Демидов кивнул раньше, чем из-за угла вагончика появилась Екатерина. Дамы внимательно осмотрели друг друга с головы до ног и, судя по выражению их лиц, явно остались недовольны.
– Ладно, сейчас солью немного, – миролюбиво сказала Анюта и пошла с канистрой к «Бентли». – Надеюсь, о моей просьбе не забудешь?
На следующий день рано утром Демидов уже сидел за рулем конфискованного у Гулькина служебного уазика «Patriot». Он медленно приближался к уже хорошо знакомому ему блокпосту. Именно здесь, не доезжая до поста метров пятьдесят, старая, загадочная железная дорога странным образом пересекала правительственную трассу. Демидов замедлил ход, прижимая машину к обочине. Рядом с ним, развернув на коленях ксерокопию карты из архива Ордынского, сидел Акимыч. Он лучше всех знал здешние места и добровольно вызвался помочь в поисках таинственного объекта, обозначенного на архивной карте красным квадратиком.
Обдумывая план поисков, следопыты пришли к выводу, что легче всего будет найти подземный объект, если двигаться по заброшенной железке до того места, где она заканчивается, или, по крайней мере, где-то вблизи от этого места. Если подземный объект действительно существует, то, судя по карте, заброшенная рельсовая дорога использовалась для подвоза стройматериалов, техники и соответственно вывоза извлеченного из шахт грунта.
– Нет, Акимыч, здесь мы не проскочим. Наверняка заметят с блокпоста, – остановив на обочине машину, огорченно сказал он. – Надо искать другой выезд или идти пешком.
– А чего искать-то?! Вон видишь, как она идет? – Корявым указательным пальцем Акимыч стал водить по карте. – Здесь она пересекает пригородную железную дорогу, потом идет вправо. Там мы и выйдем на эту ржавую железку. В общем, поворачивай оглобли, парень…
– Как мы выйдем, когда дороги там нет? – Демидову казалось, что старик что-то мудрит.
– Да есть тут лесная дорога. Правда, узковата и ухабиста, но для твоей колымаги – не преграда. Можно, конечно, и через Шульгино попробовать. Однако там тоже, боюсь, нас заметят, – веско произнес Акимыч.
Послушно развернув машину, Даниил двинулся в обратном направлении; примерно через километр Акимыч скомандовал «вертать» налево. Там действительно оказалась узкая лесная дорога.
– Что я тебе говорил! – победоносно воскликнул старик, когда колеса уткнулись в ржавые рельсы. – Теперь сворачивай направо, въезжай на колею, и… поехали по шпалам, брат, по шпалам. Знаешь такую песенку?
Демидов промолчал. Ему было не до песен. Легко сказать «поехали», подумал он, крепко сжимая то и дело вырывающийся из рук руль. По сторонам зеленой стеной возвышался смешанный лес. Чем дальше они продвигались, тем гуще и мрачнее он становился.
– А ты знаешь, сынок, что я слыхивал когда-то от шульгинских стариков? – спросил Акимыч. – Будто бы в этих местах в конце сороковых затеяли строить станцию метро, а потом все это дело вроде забросили…
