– На кой хрен здесь, в лесной чащобе, станция метро? – удивился Даниил и в очередной раз, подпрыгнув на сиденье, стукнулся головой об крышу машины.
– Вот и я говорю. Тогда ведь до Усово уже электричка ходила, – задумчиво произнес Акимыч.
– Ты знаешь, дед, что удивительно?.. Если строительство действительно велось, то куда подевались строители? Наверняка тогда привлекали и местных жителей. Неужели ни одного свидетеля не осталось?
– Так ведь, сынок, ты ж видел, чья подпись стоит на этой чертовой карте? А он свидетелей не любил. Отправил, наверное, всех строителей на вечное поселение, и все тут…
– Так ты, Акимыч, думаешь, что укрепрайон существует? – с надеждой в голосе спросил Даниил.
– Все к тому ведет, – уклончиво ответил старик. Ему была понятна причина дрожи в голосе его спутника. – Только на хрен он нам сдался? Чего мы там потеряли?
– Ты местный, поэтому и не понимаешь, – доходчиво объяснил Демидов.
Железная дорога оборвалась неожиданно. Демидов едва успел затормозить, чтобы не врезаться в появившийся словно из-под земли бетонный бруствер, перед которым стоял невысокий шлагбаум с покосившимися стойками и разбитыми стоп-сигналами.
– Приехали! – в сердцах воскликнул уральский богатырь. – И где же объект?
– Не паникуй, сынок, пойдем разведаем, осмотримся, глядишь, найдем выход, – хладнокровно ответил Акимыч. – Он вылез из машины и стал внимательно осматриваться. – Русский мужик всегда славился умением находить выход из самой трудной передряги, – назидательно объяснил он Даниилу. – Да ты же сам из русских. Да ладно тебе, парень, лучше приглядись. С чего бы это здесь, посередь лесной чащобы, почва песчаная? Речек-то вокруг нет, а песок речной? А вон там, справа, видишь, просека прорублена, шириной метров десять будет. Стало быть, дорога какая-то была.
Демидов с нескрываемым удивлением посмотрел на аборигена Рублевки. Старик ведь прав! Песок определенно речной. Кому взбрело в голову посреди леса пляж насыпать?! Он достал из багажника вездехода припасенную заранее саперную лопату и, пройдя вперед метров десять, стал раскапывать песчаный грунт. Песок был влажным, и рыть было не трудно. Сделав довольно приличное углубление сантиметров в пятьдесят, Даниил услышал, как лопата со звоном ударилась обо что-то твердое. Встав на колени, он начал выгребать песок руками. Акимыч молча с любопытством наблюдал за ним.
– Бетонка, мать ее! – во весь голос заорал Даниил. – Дед, ты понимаешь, под слоем песка – бетонка! Как я раньше не догадался?! В этом месте производилась погрузка и разгрузка составов, а дальше уже использовался автотранспорт. Но зачем понадобилось кому-то засыпать бетонку песком?!
– Для маскировки, наверное, – предположил старик.
Поднявшись с колен и отряхнув брюки, Демидов пригласил Акимыча быстро занять свое место в машине.
– Поехали, Федор Акимович, по просеке.
Изрядно намучившись с ямками, пнями и корягами, Демидову наконец удалось объехать с правой стороны шлагбаум. Дальше было легче, и он уверенно направил вездеход к видневшемуся вдали между высоченными соснами просвету.
Внезапно лесной коридор сузился, и песчаная дорога привела их к высокому, метра в четыре, кургану. Холм был покрыт свежей травой, полевыми цветочками и высоченными сорняками. Демидов резко затормозил. «Что за Монблан на ровном месте? Уж не братское ли захоронение?» – мелькнула у него мысль. Холм был какой-то странной, ассиметричной формы. Очертаниями походил на гигантского головастика, наполовину зарывшегося в ил.
– Посмотри, Акимыч, на это чудо природы! Думается, оно здесь не случайно появилось. Дай-ка мне лопату…
– Ты угадал, сынок. Это и впрямь чудо. Таких курганов в этих лесах я отродясь не встречал. Думаю, что здесь вход в подземелье. Вот что это! Засыпали землей, замаскировали дерном, вот тебе и холм, – категорично заявил старик. – И по карте генеральской все сходится…
Вновь вооружившись саперной лопатой, Даниил все же решил проверить смелую версию старика.
– Твоя правда, дед! – сказал он через несколько минут, вставая с колен. – Сверху слой дерна с травкой, а глубже насыпной грунт, но довольно плотный… Рукотворный он, холмик-то наш… Это я тебе как геолог-геодезист говорю.
Акимыч неожиданно задумался.
– Только я никак в толк не возьму, парень, на кой ляд тебе надобно лезть в это бериевское логово?
– Есть у меня, Акимыч, кое-какие догадки. И их надо обязательно проверить. Только, чур, о находке пока никому ни слова, кроме наших стариков и Духона, разумеется.
– Ну, это вполне возможно, ежели ты бутылку поставишь. За забывчивость… – рассмеялся в ответ старик.
На Рублевку они вернулись тем же труднопроходимым, но уже испытанным и знакомым маршрутом. Высадив по дороге Акимыча, который божился, что никуда не завернет, Демидов сразу направился в управу. Староста, несмотря на одолевавшую его усталость и головную боль, внимательно выслушал подробный рассказ своего заместителя. Потом, не задавая вопросов, долго и терпеливо еще раз стал изучать карту.
– Значит, ты уверен, что под этим самым курганом что-то есть? – недоверчиво спросил наконец Духон.
