Да, я полностью чувствую, что играю прямо сейчас, но я понятия не имею, что это за игра.
Сбитая с толку и откровенно немного разозлённая, я топаю вверх по лестнице, когда Генри, один из наших водителей, садится за руль.
— Все на борту? — спрашивает меня Генри.
— Да, — отвечаю я.
Генри заводит двигатель. Автобус приходит к жизни под моими ногами, и двери позади меня шипят.
— Ты настроилась? — спрашивает с улыбкой Генри.
Я смотрю туда, где стоит Том, разговаривая с ребятами.
Мой желудок сжимается и совершенно сбивает с толку.
— Если я когда-нибудь настроюсь, — вздыхаю я.
Сейчас поздний вечер, и я успешно избегаю Тома с самого начала поездки. Я называю это великим подвигом, учитывая, что мы находимся в ограниченном пространстве.
Знаю, все мы приняли это решение, но я до сих пор не чувствую себя абсолютно комфортно рядом с ним. Частично из-за реакции моего собственного тела на Тома, но ему это знать необязательно. Его эго и без того достаточно велико.
На данный момент мой план состоит в том, чтобы избегать Тома, и я сижу спереди с Генри, беседуя с ним, пока он ведёт автобус. Я узнала, что у него есть двое взрослых близнецов, мальчик и девочка, которые недавно поступили в колледж. Он увлекается рыбалкой. Женат двадцать пять лет, и он рассказывает о своей жене, которая работает воспитателем в детском саду, с очевидной любовью.
Хорошо знать, что здесь есть приличные мужчины.
После разговора с Генри я иду принимать душ. Ребята играют на игровой приставке. Том сидит за кухонным столом и тихо разговаривает по телефону. Он даже не поднимает голову, когда я прохожу мимо. У него, вероятно, секс-чат с одной из своих многочисленных женщин.
Я не хочу использовать всю горячую воду, поэтому не слишком долго стою под душем, однако задерживаюсь в ванной комнате, чтобы убить время.
Затем я иду в спальню и переодеваюсь в любимые рваные джинсы и футболку. Я сижу за столом, без макияжа и с завязанными в небрежный пучок на макушке волосами.
Я слышу стук в дверь, а затем голос Кейла:
— Ты одета?
— Нет, просто сверкаю голой задницей.
Я слышу его смех.
— Лучше бы ты пошутила, потому что я сейчас буду заходить.
— Да, я шучу, — кричу я.
Кейл заходит и закрывает за собой дверь. Он прыгает на кровать и раскидывается плашмя на спине.
Я заканчиваю завязывать свои волосы и поворачиваюсь к нему лицом.
— Удобно? — спрашиваю я.
— Очень, — ухмыляется он, вытягивая руки над головой.
Я погружаю палец в крем для лица, когда Кейл спрашивает:
— Итак, почему ты здесь прячешься?
Я смотрю на него через зеркало.
— Я не прячусь.
— Да, ты прячешься.
— Хорошо, — вздох. — Я прячусь, — кончиками пальцев я беру крем и начинаю размазывать его по лицу.
— Догадываюсь, что ты скрываешься от Тома. Итак, ты собираешься рассказать мне, что случилось? Я знаю, что ты не обрадовалась, что он поедет с нами в тур. И тебе не хватает фильтра, Ли, ты была груба с ним.
— Я не была грубой, — его не убеждают мои слова. — Хорошо, я была грубой.
— И чего же я не знаю? — спрашивает он таким тоном, который означает, что он не отступит, пока всё не узнает.
Я поворачиваюсь на своём месте, чтобы поставить ноги на край стула. Затем прижимаю колени к груди, положив на них подбородок.
— Давным-давно Том заигрывал со мной, — вздыхаю я. — Он клеился ко мне несколько раз.
— Что? — практически кричит Кейл, мгновенно принимая вертикальное положение. — Когда?
— Тсс… — напоминаю я, смотря на закрытую дверь.
Эти стены толщиной с бумагу, и я не хочу, чтобы Том что-нибудь услышал.
— Говори тише. Не имеет значения, когда он заигрывал со мной. На самом деле он приставал ко мне дважды. В первый раз я отшила его. Но он был хорош в этом, — я дёргаю себя за губу. — И потом я увидела его через несколько месяцев, и он снова начал клеиться ко мне.
Я вижу, как на лице Кейла растёт гнев, что заставляет меня сказать:
— Он никогда не пересекал черту. Никогда не прикасался ко мне или что-нибудь ещё. Просто я не видела Тома с того последнего раза, когда он приставал ко мне, и неизвестно, как всё сложилось бы… попробуй он ещё раз, — гримасничаю я. — Итак, я была настороже — следовательно, включился режим суки.
— Понятно. И он получил сообщение? Потому что, если он не получил… — чрезмерно заботится Кейл.
— Успокойся, не сердись. Мы поговорили, — кричу я. — Он извинился и спросил, можем ли мы оставить всё в прошлом и быть профессионалами. Я сказала «да».
— Хорошо… хорошо, — Кейл немного расслабляется и ложится обратно на локти. — Но если он действительно что-то попытается…
— Не попытается. Но если он это сделает, ты будешь первым, кто узнает.
