— Человеком? Не смеши. Твоя аура нисколько не указывает на твою принадлежность к людям. — Дроу задумчиво хмыкнул. — Я вообще впервые такую вижу. У всех попаданцев она странная. И подожди до кабинета, хватит в коридоре язык распускать, у меня во дворце со всех родов гостей хватает. И они ещё о тебе не знают.
Олег молча пожал плечами. К счастью, уже через три минуты они были в нужном корпусе и на нужном этаже. И когда глава открыл дверь в кабинет, то человек, наверное, впервые удивился. Он ожидал увидеть многое, но не комнату больше похожую на допросную, разве что сиденья мягкие, а на столе были бумаги, письменные принадлежности и графин с водой. Стены комнаты были абсолютно голые, а кроме перечисленной мебели, не было больше никакой. Ни книжных шкафов, ни комодов, ни ваз или картин.
— Ты здесь работаешь?
— Да, ничего не отвлекает. Давно уже заметил за собой эту дурную привычку, вот и облегчаю себе жизнь.
Дроу сел в кресло, закидывая одну ногу на вторую. Разместившись поудобней, он приглашающе махнул на второе сиденье, что стояло с другой стороны огромного стола.
— Ясно, так как там насчёт моего вопроса?
— Да никак. Убивать тебя не собираюсь, хотя хотел вначале вызвать на дуэль. Только ты оказался первым за долгое время, что так спокоен в моём обществе.
— Странное обоснование.
— Проживи с моё, будешь другие подбирать.
— Попытаюсь, — стараясь не зацикливаться на возрасте, ответил Олег. — Знаешь, я ведь думал, что разговор пойдёт в другом ключе, и мне придётся подбирать доводы, чтобы не получить что-то убийственное в тело.
Глава смысл сказанного определил правильно, поэтому тут же задал ожидаемый человеком вопрос:
— И что же ты надумал?
— Торговать с людьми.
Кинжал, брошенный главой, просвистел в миллиметре от уха человека. Но удивился человек не оружию, а темпу, с которым он наблюдал за пролетающим кинжалом, будто в замедленной съёмке. Он был уверен, что с лёгкостью бы его поймал. И это же помогло ему понять безопасность полёта орудия.
— Я не могу торговать с врагами. Дроу и люди на протяжении веков в состоянии войны. Причём стычки с многочисленными жертвами повторяются каждое столетие, стоит паре поколений смениться.
— Так не вы же будете торговать, а выскочка, что вылез из грязи в князи. И который будет честно отчислять роду процент с прибыли.
— Ты всё же не представляешь, в каких именно отношениях наши народы, — с весёлой ноткой, будто говорил о необычайном вкусе вина, сказал глава. Кажется, самого его эти войны уже забавляли.
— Не представляю, но я хорошо знаю людей. Правители могут хоть грызть друг друга, но всегда найдутся те, кто захочет услышать приятный звон монет. Да и сделка будет с человеком, а не дроу.
— Это надо обдумать, скорее всего, я дам тебе ответ на этой неделе.
— Надеюсь, он будет положительным. Тогда через месяц я покину этот город и поеду договариваться с людьми.
— Может, так и будет, — кивнул эльф. — А пока выпьешь?
Глава встал с кресла и вышел в коридор, а оттуда уже принёс бутылку вина и бокалы.
— Слуга там всё время стоит или тайник?
— Нет, просто пару минут назад я отдал мысленный приказ, чтобы принесли выпить.
— Значит, ты маг.
— Да, только вот, боюсь, кое в чём ты ошибаешься. Способность к эмпатии есть у всех дроу, а при определённых обстоятельствах они могут общаться мысленно между собой. Как, например, я со своим дворецким. Его клятва на крови даёт возможность довериться и разговаривать подобным образом. Такие способности во многом облегчают жизнь. Правда, в твою голову залезть или пока, или вообще невозможно из-за перехода. Даже эмоции еле-еле можно прочитать, твоим мужьям будет сложно тебе угождать.
Олег, понявший теперь, почему в городе висит эта пелена молчания, потрясённо покачал головой. Не привык он к магии.
— Почему нигде не написано о ваших способностях?
— Ну, во-первых, не думаю, что ты успел много прочитать за это время. А во-вторых, ты хвастаешься тем, что умеешь дышать?
— После перерождения постоянно себе этим льщу, — усмехнулся Олег.
— Имеешь право, — вернул усмешку дроу. — Ну что, по бокальчику?
За разговорами пролетело не меньше двух часов. Глава рода оказался до ужаса любопытным. Впрочем, таким же являлся и человек для дроу. И это время они провели, рассказывая друг другу о своих мирах. Потом перешли на курьёзы, а затем уже подошли к делам семейным.
— Знаешь, я бы на твоём месте убил второго мужа. Такой ненависти в отношении кого-либо не чувствовал давно.
— Боюсь, не смогу.
— Он твой младший муж, никто и слова не скажет. А если всё же попытаются открыть рот, то я поддержу тебя. Будь он хоть сыном главы рода, он всё равно остаётся младшим мужем. И такое поведение в отношении старшего недопустимо. Я же чувствовал его желание предать тебя.
