Глава уверенно вошёл на помост, останавливая самоубийство. Он быстро объяснил причину своего присутствия на возвышенности, и Олег увидел, как лица дроу на секунду, но всё же осветились не радостью, а мукой. Будто их не из-под ножа спасли, а обрекли на страдания.
У Хтои Махта мужья были даже на вид очень различимы в возрасте. Если младший напоминал мужей Олега, то старший был, наверное, возрастом с почившего своего старшего. Еще не старый, но уже не юнец.
Хэн подозвал Олега на помост, и представил дроу его как их нового господина. Те тут же рухнули на колени. Они старались не думать о том, что стоило их мужу умереть, как они изменят его памяти с новым старшим, правда в качестве рабов, а не мужей. Хотя какая разница? От этого статус будет лишь хуже, раба можно и убить.
Когда человек сходил с помоста, он увидел взгляды своих близнецов. Бейи лежал дома под присмотром Севера, но и двух взглядов, наполненных молчаливым повиновением с болью внутри, было достаточно, чтобы Олег почувствовал себя сволочью. Хотя что ещё могли подумать его мужья, когда он купил ещё двух младших? Что-то объяснять прямо посреди толпы он не хотел.
Кстати говоря, несмотря на опасения Олега и Хэна никто не заподозрил человека в этом убийстве. Все знали, что Хтои Махт был против сделки. Знали, что он горяч на голову. И все с аппетитом приняли версию, касающуюся дуэли. Но всё же страну человек покидал уже через день. Корабль начали готовить к отплытию.
Дома Олег приказал разместить младших в комнатах для гостей на третьем этаже, где жил и Север. А сам он приготовился к тяжёлым и долгим разговорам со своими мужьями. Но этого не произошло.
Ночью уже, когда он лёг спать, в его комнату проскользнули две фигуры. Асо и Ван были полностью раздеты, только лента удерживала в порядке волосы, но её младшие убрали, стоило взгляду человека на ней задержаться. Дроу скользнули к своему старшему, располагаясь по бокам.
— Простите нас, господин. Мы не уделяли Вам того внимания, что Вам было необходимо.
Асо аккуратно и нежно коснулся губ человека, целуя. Для Олега этот поцелуй вновь стал глотком свежего воздуха, так как губы дроу, как и всё тело, были слегка холоднее человеческих. Первенец с охотой сначала ласкал сам, вынуждая своего мужа отвечать, а затем уже сам поддался напору человека, который как всегда перехватил инициативу, желая чего-то большего. Олег сам удивлялся, как быстро он возбуждался и обо всем забывал, когда его касались мужья. Это было слишком необыкновенно, если сравнивать с опытом прошлой жизни.
Ван же, видя, что остался непричастным, коснулся губами соска мужчины. Младший чувствовал, как соски твердеют, и облизывая один, другой ласкал рукой. Эльф провел дорожку языком от соска к паху. Он облизал головку члена человека, на секунду оторвался и попытался в следующий раз полностью заглотить плоть. Не сумев это выполнить, дроу стал насаживаться как можно глубже, максимально расслабляя горло и впуская в себя человека, он помогал себе рукой.
Асо тяжело дышал. Он смотрел в любимые глаза и забывался.
— Господин?
Олег на протяжении всего этого времени оставался безучастным, лишь скупо отвечал на поцелуи, но не ласкал. Теперь мужчина провел ладонями по ребрам Асо и спустился к талии. Он чувствовал, как напряглись мышцы дроу. Всё же тот был тренированным воином, и Олег каждый раз с удивлением вновь осознавал, что эта чужая сила становится покорной в его руках. Как существа, что при других обстоятельствах попытались убить, да и убили бы, раскрываются, прижимаются с бесконечным доверием, не ожидая ни нежности, ни любви в ответ. Зная, что муж их может казнить в тот момент, когда те утратят красоту, здоровье или просто прискучат.
Ван и Асо все желания супруга понимали без слов. Ван оторвался от члена своего мужа, садясь на колени, а его брат оседлал бедра супруга и направил его плоть в себя. Олег знал, что Асо любит секс на грани боли, поэтому не удивился тесноте входа и жёсткому движению бёдер вниз. Дроу застонал и от боли, и от удовольствия одновременно. Он чувствовал, как плоть мужа расширяет его проход, как пульсирует стенки прохода от присутствия инородного предмета. И как поясницу пронзает острой болью. Асо заглотил воздух, попытавшись больше не произнести ни звука, сдержать все эмоции в себе. Но Олег уже начал двигаться, получая немыслимое удовольствие. Человек придерживал своего мужа, диктуя темп. Иногда он замедлялся, почти останавливаясь, а затем срывался на такую скорость, что у Асо в голове взрывались звёзды.
