Азка пребывал на седьмом небе. Открыв глаза, он с неподдельным восхищением взглянул на хозяина.
— Просто… невероятно!
— Отлично. Я надеялся, что тебе понравится. Теперь готов для меня?
— Готов. Вам не нужно меня спрашивать, я же ваш пет. Вы можете брать меня, когда пожелаете.
Востан прикрыл веки, по телу его прошла сладкая дрожь оттого, что пет сам охотно его принимал.
— Повернись на живот, — прошептал он.
Азка подчинился, и командор взял флакон, который заранее оставил возле кровати. Медленными движениями он нанес смазку по всей длине своего мужского достоинства, сжав зубы, чтобы удержаться и не кончить раньше времени. Затем он склонился над петом, потерся лицом о его шею и поцеловал плечо.
— Раздвинь-ка для меня бедра, Азка, — мягко приказал он и прерывисто вздохнул, когда пет мгновенно раскрылся ему навстречу.
Востан прижался к ложбинке между ягодиц юноши и, придерживая его за бедра, медленно вошел. Азка принял его с легкостью, обволакивая влажным теплом, сжимая плотно и сладко.
— Ох-х-х… — простонал командор, содрогаясь всем телом.
Он вышел наружу и снова погрузился в податливое мягкое тело. Вскоре плавные движения сменились жадными лихорадочными толчками. Сдавшись наконец на милость похоти, командор вонзался в своего пета так сильно и глубоко, как только мог. Натянутый, как струна, он громко стонал и чувствовал, что вершина уже близка…
И в этот момент Востан подумал об Араншу. Представив, что сейчас под ним находится не Азка, а давно пропавший любимец, он испустил протяжный, болезненный стон. Мучительная страсть прорвалась наружу жарким потоком семени… и слез.
Притихший Азка лежал ни жив ни мертв и удивлялся этим неожиданным слезам. Должно быть, с командором случилось нечто ужасное, что заставило его сломаться в тот самый момент, который обычно возносит человека к вершине блаженства. Хозяин плакал, а пет почувствовал, как его сердце наполняется печалью, и совсем растерялся.
Да, к такому в стенах Академии его не готовили…
— Дай-ка и мне одну, — щелкнув пальцами, потребовал Катце.
Рики вздохнул с подчеркнутым раздражением и протянул ему сигарету.
— А мне? — попросил Калан, пожирая пачку «Темного Баккалиаса» голодным взглядом.
— Бери.
— А мне можно попробовать? — спросил Дэрил.
— Нет, нельзя, — отрезал Катце.
— Я спрашивал не тебя, а Рики.
— А я говорю: нельзя!
— Почему это? — возмутился Дэрил.
— Потому что я так сказал.
Дэрил надулся.
— А почему тогда тебе можно?
— Потому что я и так уже подорвал свое здоровье. До пятидесяти мне не дотянуть.
— Не говори так!
Катце пожал плечами.
— Я почти уверен.
— Отвратительная привычка, — изрек Сариус, поглядывая на Калана и мечтая, чтобы парень с сигаретой во рту не выглядел настолько сексуальным. — Не понимаю, как можно вдыхать всякую дрянь!
Калан посмотрел ему прямо в глаза, но промолчал. Казалось, он силится сдержать улыбку.
— И что тут смешного? — накинулся на него Сариус.
— Твоя ревность, — спокойно ответил Калан.
— Не начинай!
— С чего бы? Боишься, что я с тобой покончу?
— Да хватит вам уже! — взмолился Ру. — Я так надеялся, что вы поладите…
— А что я? — пожал плечами Калан. — Это у него проблемы.
В этот момент к компании, рассевшейся за столом в «Салуне», присоединились Тома и Таи. Потом появился приунывший Юи, а за ним, словно на веревочке, тащился новый пет Рауля. Его товарищи по Академии уже разбрелись по игровым комнатам.
— Принеси мне выпить! — потребовал пет.
Юи даже бровью не повел и занял свободное место за столом.
— Эй! Я с тобой разговариваю! — не отставал пет.
— Отвали! — огрызнулся Юи.
Вся компания засмеялась.
— Юи! — нахмурился Катце, стараясь сохранить серьезный вид.
— Что? Я не собираюсь ему прислуживать.
— А я пожалуюсь лорду Аму, и он тебя накажет, — заявил наглый юнец. — Ты никуда не годный фурнитур.
— А ты просто заноза в заднице, Тошнотик.
Раздался новый взрыв хохота.
— Тошнотик? — повторил Рики, когда сумел отдышаться. — Его зовут Тошнотик?
— Мой хозяин еще не успел дать мне имя, — не очень уверенно возразил пет.
— Он поручил это дело мне, а на мой взгляд, ты настоящий тошнотик.
— Юи! — На этот раз в голосе Катце прозвучали стальные нотки. — Не забывайся. Я уверен, он нажалуется Раулю, и тебе это выйдет боком.
— Еще каким, — подтвердил пет. — В любом случае я и без твоих услуг обойдусь. Вон там я вижу парочку старых друзей, пойду и расскажу им, как дурно ты со мной обращаешься.
Юи пожал плечами.
— Да пожалуйста.
Пет развернулся на каблуках и в ярости пошел прочь.
— Зачем ты так? — напустился на фурнитура Катце. — Ты же знаешь, он сразу побежит к Раулю.
— А мне всё равно, пусть бежит. Терпеть его не могу.
— Тебе не должно быть всё равно, — заметил Сариус. — Он может сильно осложнить тебе жизнь.
— Он обращается со мной, как с полным ничтожеством!
— Ну да, петы, они все такие. Как будто ты не знал!
— Может, и не все, но многие, — добавил Дэрил. — Рики был первым петом, который стал относиться ко мне по-человечески.
Рики удивленно моргнул.
— Ого! Правда, что ли?
Ру кивнул.
— Правда. Петы бывают такими хамами!
— Кстати, о петах. А где Энью?
— Остался в пентхаусе. Думаю, ему не по себе из-за досрочного гона.
