— Об этом они расскажут сами. Когда будут готовы, — ответил Хан. Грустно улыбнулся и поинтересовался: — Мне кажется, или ты нарочно задала этот вопрос? Хочешь, чтобы я обругал тебя за излишнее любопытство и поскорее ушел?
Как же хорошо он успел меня изучить. Хан все чувствовал и все понимал. Улавливал малейшие изменения моего настроения. О таком можно только мечтать.
Но не мне. В противном случае я рисковала вернуться на Землю с разбитым сердцем.
— Тебе показалось, — соврала не слишком убедительно.
Спрятала руки за спину. Тут же почувствовала, как Хан убрал ладони с моей талии, и отступила на шаг. Покачнулась, точно лишенная опоры.
Устояла. Придала лицу спокойное выражение, точнее — попыталась это сделать. Что толку притворяться, если Хан и без того понял, что я спасовала?
— Мне нужно идти, — сообщил он, поднимаясь. — Лаэсу нужен капитан.
«А мне нужен ты», — добавила я про себя. Но не посмела произнести это вслух.
И вновь бессонная ночь приняла меня в свои колючие объятия. И вновь боролся разум с телом. Но я не была готова предать все, что мне дорого. Все то, что потеряла и к чему стремилась вернуться.
Вдали от родной планеты, от друзей и близких я ощущала странную пустоту внутри. Не хватало любви и доверия. Все еще было страшно. Неуверенность в дне завтрашнем давила и заставляла отчаянно рыться в памяти, заполняя душу воспоминаниями о прошлом и яркими моментами минувших дней.
Все это иллюзия. Сердце подсказывало, что я пытаюсь заглушить чувства к Хану, возводя тоску по дому в крайнюю степень. Чертов защитный механизм, выработанный с годами. Я так привыкла быть сильной, гордой и неприступной. И теперь это работало против меня.
Как бы ни болела душа, работу никто не отменял. В ней я нашла забвение, как и остальные члены команды Лаэса. Доведенная до изнеможения постоянными тренировками, забывалась тревожным сном, чтобы утром начать все сначала.
Спустя неделю мы прибыли на Криптон, планету-пустыню. Там, среди песков и раскаленных солнцем каменных глыб, и приземлился Лаэс. Жители не позволили нам спуститься в свои подземные города, предоставив лишь место для стоянки. Сами же изредка приближались к кораблю-цирку, рассматривая диковинку из снабженных охладительными системами бронетранспортеров.
Я их не видела. Кажется, успела устать от разнообразия рас и планет. Все они настолько примелькались, что стали безликими. Просто зрители, которые платят за выступление. И без разницы, как они выглядят. Сколько у них ног, рук и голов — лишь бы кристаллы в карманах водились.
В отличие от криптонцев, неограниченных в средствах, мы не могли позволить себе такую роскошь, как постоянно включенная система охлаждения. Без заведенных двигателей Лаэса мы могли включить лишь кондиционеры, но толку от них было мало. Работать приходилось в невыносимых условиях.
И все же, изнемогая от жары и духоты, мы продолжали репетиции. Старались делать это ночью — когда немного спадала жара. Правда, длились крипторианские ночи всего лишь шесть земных часов — но этого хватало с лихвой. Остальное время труппа проводила в каютах.
Во время генеральной репетиции Хан удивил меня.
— Я приготовил сюрприз! — заявил он. — Думаю, тебе понравится.
Я, обессиленная, сидела на высокой подставке и отдувалась, точно паровоз. Жар от огня в дополнение к и без того высокой температуре воздуха, измотал окончательно. Даже языком шевелить не хотелось, не то что изображать радость или любопытство.
— Надеюсь, это что-то холодное и свежее, — пробубнила я не слишком радостно.
Откинулась на спину и прикрыла глаза. Не от того, что силы окончательно покинули, вовсе нет. Хан, разгоряченный, с растрепанными волосами, выглядел слишком привлекательно. Удивительно, но он совершенно не потел и, кажется, почти не замечал жары.
— Угадала! — послышалось в ответ. — Мы с Анкором посовещались и приняли решение использовать запасы питьевой воды в качестве дополнительного средства охлаждения. Если не ошибаюсь, земляне это называют купанием.
Последнее его слово прозвучало музыкой в моих ушах. И почему они не придумали это раньше? Разве может волновой душ сравниться с таким блаженством.
— Если ты еще и мыло раздобудешь — расцелую! — выпалила я опрометчиво.
— Я запомню обещание, — произнес он в ответ. И смерил меня долгим взглядом, полным предвкушения. — Ты сама говорила, что всегда держишь слово.
Мне захотелось прикусить себе язык. Одной небрежной фразой я обрекла себя на муку. Страшно представить, что стану делать, если Хан попросит исполнить обязательство. Еще страшнее — если не попросит.
Как итог, в импровизированную купальню мы вошли молча. Хан и Анкор славно потрудились, превратив хозяйственный отсек в райский уголок. Даже мягкий ковер на пол бросили. Сняли верхнюю часть резервуара с водой и обложили края плотным материалом. Получилось нечто вроде квадратного бассейна с метр в высоту. Не слишком глубоко и достаточно, чтобы охладиться.
Еще больше меня впечатлили размеры купальни — три на три метра. В такой могли уместиться все члены команды и при этом не мешать друг другу.
