По всем этим причинам Анна была категорически против предложенной Литровским программы ускорения размещения детей из Рыбацкого в зарубежных семьях. Программа дурно пахла скоропостижностью и криминалом. Скорее всего, Литровский планирует стать каким-нибудь руководителем комиссии по такому усыновлению, и это станет для него еще одним источником дохода. После винно-водочной торговли, ресторанов и досуговых агентств (проще говоря, сутенерского бизнеса). Именно на этой ноте Анаконда заканчивала свой материал.
Статья вышла в «Золотом слове» в конце мая, называлась она «Загадки «Гермеса». Чумнов как всегда закатил скандал, и, опять же, как всегда, быстро успокоился. Литровский перестал здороваться, но зато очень уж угодливо стал здороваться смазливый юрист «Гермеса» Вася Кириллов по прозвищу Промокашка.
Недели через две после выхода статьи Вася позвонил Анне и предложил встретиться. Разговор был простым и коротким – Литровский в лице Васи-Промокашки предлагал газете деньги. За молчание. Проще говоря, за то, чтобы ни Анна, ни кто-либо другой в «Золотом слове» в течение всего договора (пока по каким-либо причинам договор не будет расторгнут) ничего плохого ни про «Гермес», ни про Бориса Иосифовича Литровского не писали.
Анна съездила в редакцию и передала предложение шефу. Новацкий немного подумал и видоизменил предложение. Поскольку брать деньги за некое молчание неэтично, да и непонятно, как это оформлять документально, да и связываться с такой одиозной личностью и такими скользкими обязательствами как-то не хотелось, он предложил «Гермесу» заказать коммерческий материал на определенную сумму – тысяч на сорок-пятьдесят, а за это редакция по обыкновению берет на себя обязательство смягчать удары по «Гермесу», если таковые будут (нельзя же, например, будет умолчать о каком-нибудь громком уголовном деле, если такое возникнет) и без причины плохо о «Гермесе» и Литровском не писать. В общем, примерно такой же договор, какой был заключен с мэрией Рыбацкого в лице мэра Николая Евгеньевича Чумнова, за исключением приложения «Рыбацкая слободка».
Анна передала предложение шефа Васе Кириллову, тот поехал к Литровскому, потом вернулся, уточнил кое-что, опять уехал, и так ездил туда-сюда чуть ли не целый день.
Наконец Вася привез от имени Литровского в устной форме следующее предложение. «Гермес» не располагает на данный момент такой суммой, однако не отказывается от предложения, просто желает видоизменить его. «Гермес» будет перечислять каждый месяц в редакцию по десять тысяч рублей, а «Золотое слово» все это время не будет плохо писать о Литровском и его команде. Когда же наберется пятьдесят тысяч, то журналисты совместно с Литровским напишут рекламно -иммиджевую статью о Литровском как депутате и руководителе «Гермеса».
Анна передала предложение Новацкому, тот согласился, но потребовал письменного договора. Вася начал его готовить, но готовил медленно, так медленно, что вытрепал Анне все нервы. Она чуть не каждый день звонила, напоминала, требовала, но Вася все тянул и тянул. Меж тем в конце июня он вдруг привез десять тысяч как первый взнос согласно пока еще устному договору. Анна повезла их в редакцию и передала шефу. Шеф велел главбуху запереть деньги в сейф, а Анну отругал за то, что до сих пор нет договора.
Анна, вернувшись, встретилась с Кирилловым и отругала его. Промокашка поклялся, что сделает все в два-три дня, но неожиданно уехал в какую-то дальнюю командировку. А когда вернулся, оказался в отпуске Литровский, и так прошел месяц, а договора все не было… В конце июля Вася – Промокашка прикатил к Анне и с большими извинениями всучил ей еще десять тысяч в конвертике (мол, Вы видите, что в денежной части мы договор соблюдаем) и заверил, что теперь все в сборе, и договор будет готов со дня на день. Анна снова повезла деньги шефу, и снова ей попало. Новацкий сказал, что в следующий раз деньги не примет, а, напротив, вернет и остальные, если не будет договора. Была вызвана на консультацию главный бухгалтер, совместными усилиями решили оприходовать деньги, выписали на Анну приходный ордер и пробили чек, который она должна была из рук в руки вручить лично Литровскому, но ни в коем случае не Кириллову.
Анна стала вызванивать Литровского, но в фирме усиленно отвечали, что его или нет, или он занят, или только что выехал и вот-вот будет… Анне это нравилось все меньше и меньше. Она снова вытащила на встречу Кириллова, он показал ей договор, правда, не подписанный, и поклялся, что сам не может последнее время выловить шефа и поговорить с ним.
Потом Анна ушла в отпуск и на время выпустила это из-под контроля. А перед последней пятницей августа снова набрала сотовый Васи-Промокашки. Вася был особенно учтив и поклялся, что на следующую встречу привезет и договор, и деньги. Анна решила, что если снова не будет договора и Литровский не покажется для того, чтобы передать ему чек, она вышлет ему в «Гермес» чек заказным письмом.
