— Знаешь, может ты в чем-то и прав. Но я никогда не забуду ее глаза… Тогда, когда она вернулась… И в этом только твоя вина. Пусть лучше бы она была оружием снаружи, но внутри с целой не раненной и не униженной душой.
Зак встал и пошел к дому с мечом, перекинутым через плечо. Деймон тут же поднялся на ноги:
— Это наше с Еленой дело, и не тебе в него вмешиваться.
— Да, ваше. Но она, кажется, не хочет разбираться в нем. И уже давно она пытается поставить точку, но из-за тебя не может… — сказал Зак, — Не забывай еще то, что я ее защитник.
«Жаль, что я не сумел найти ее раньше и спасти от участи шевалье..», — думал опекун про себя.
— И где же ты был все это время, защитничек? Как ты вообще отпустил ее из этой деревни? Тебе не кажется, что если бы она меня ненавидела, то точка уже давно красовалась на наших отношениях?
— Да, это моя ошибка. Но второй раз я не позволю ей жертвовать собой.
Горящие дома, разбитые стекла, противно хрустящие под ногами, стальной запах крови — все это до сих пор было в памяти охотника. Тогда на его руках лежал маленький мальчик, которого он вынес из рухнувшего от пламени дома. И перед его глазами, словно это было совсем недавно, медленно воспроизводится картина.
Девочка с платиновыми волосами, лет двенадцати, шла совершенно одна к надменному всаднику на льве — бывшему наследнику клана Серебряной кобры.
— Елена, Елена!!! — слышала малютка отчаянные крики тридцатилетнего воина.
Этот голос был последним, что она запомнила в этом аду, уезжая в другой. Когда ее усадили на хищника, девочка обернулась и отрицательно помотала головой, смотря на Зака грустными глазами.
Эти воспоминания снова всплыли перед Еленой, когда она увидела, что охотник вступает в бой. Вампир и опекун внезапно услышали нежный и взволнованный голос:
— Я сама сделала свой выбор.
Повисло неловкое молчание. Деймон уставился на Елену, потом скосил глаза на меч, который до сих пор угрожал его горлу и пальчиком отодвинул лезвие. Ну не мог он всерьез воспринимать этого человека, как врага.
Впервые он встретил кого-то, кто был дорог Елене. Да, принц испытывал жгучую ревность из-за того, что этот человек знал ее гораздо больше и мог с ней вести себя как хотел на правах опекуна. Но было и еще кое-что. Деймон проникнулся уважением к нему. Не только из-за его силы и опыта. Еще потому, что Зак даже сейчас защищал девушку. Пусть и от него самого — вампира-наследника Деймона Драгоцкого.
— Может поговорим нормально? — Деймон посмотрел на Зака, — Только я и ты, Елена, — он снова перевел взгляд на вампирку.
Зак встал с Деймономи, ничего не говоря, подошел к девушке. Затем, он просто положил свою широкую ладонь ей на голову, как маленькому ребенку и сказал:
— И вот везде-то ты лезешь, — он потрепал ее по голове и продолжил, — Ну, что думаешь?
Елена только еле заметно кивнула, улыбнувшись, и ответила:
— Все будет нормально, иди.
На это ее заявление, Зак лишь недовольно сморщился. Деймон, ревниво смотря на всю эту семейную идиллию, отряхнулся от травы, и, поморщившись от саднившей на груди раны, выпрямился во весь свой рост. В его взгляде впервые за долгое время, кроме злости, читались другие чувства. Пусть даже и немногим лучше. Ревность и грусть, направленные на Елену, которая явно беспокоилась за опекуна, но не за него.
На самом деле Деймон ошибался. Девушка, на миг встретилась с ним взглядом. Лишь в одном нем было столько чувств и эмоций, которые она старательно прятала: и волнение, и отчаяние, и страх… Страх потерять?
— Не знал, Елена, что тебе нянька нужна, — хмыкнул он, смеряя Зака взглядом и надеясь, что он хотя бы соизволит дать им поговорить наедине.
— Самое гадкое… пришлось признать, что ты все это время был мне нужен… — хрипловатым голосом сказала девушка такие неожиданные слова, так сильно похожие на «как я могла полюбить тебя и признать это». На этом она поспешно вернулась в дом.
— Хоть на ночь-то тебя с ней можно оставить? — Зак решил уступить ему, видя, как настроена девушка.
«Видимо, между ними произошло, что-то большее и она кое о чем забыла мне рассказать?» — усмехнулся охотник.
— Не вопрос, — усмехнулся принц, в душе поражаясь словам Елены.
Фактически она признала, что любит его. Поняв это в полной мере, он, с одной стороны, ухмыльнулся, льстя своему самолюбию, но с другой он был искренне рад, что сон не сбылся. Провожая опекуна взглядом, Деймон еще долго о чем-то напряженно думал. Наконец, у него появилась возможность все расставить по местам.
Когда он зашел в дом, то тут же обратил внимание на большое зеркало, висевшее на противоположной стене. Из него на вампира смотрел измотанный, потрепанный парень с длинной, но тонкой царапиной по всей груди. Он терпеть не мог такие ранения — не зализать и постоянно задевается. Впервые за многие месяцы он был в хорошем настроении, даже несмотря на проигрыш Заку.
«Деймон, почему ты здесь? Как сумел найти? Почему искал?» — Елена уже в который раз прокручивала все случившееся.
— Что мне делать? — шепотом спросила она себя, укутываясь глубже в одеяло, словно надеясь, что это как-то огородит ее от незваного гостя.