В один момент, когда он сделал ей слишком больно, Елена не выдержала и полоснула ногтями по его спине. И в ответ сама получила резкую боль в толчке. Это было невыносимо. Казалось, ее сердце сейчас не выдержит и разорвется. И больше некому будет склеивать его и собирать по осколкам. Какая жалкая была бы смерть. Именно сейчас голос внутри сказал:
«Вытерпи. Выживи. На зло врагу. Да. Врагу».
— Все еще не признаешь меня? Елена?
Деймон, наконец, отстранился от нее, но он по-прежнему был в ней…
— И никогда не признаю, — девушка, тяжело дыша, подняла на него взгляд, полный ненависти.
Деймон недовольно шикнул и, откинувшись на плитку, приказал:
— Раз ты такая строптивая, можешь проваливать. И не забудь вытереться хотя бы, выглядишь отвратительно.
Деймон не знал, зачем он настолько груб с ней. Он не знал, почему он сказал ей это. Но, что было большей ошибкой, он не знал, что печать стерлась, как только ее губ коснулась его кровь, отданная добровольно…
Елена встала и медленно вышла из купальни, будто на автомате взяла полотенце и обвернулась им. Выйдя из ванны, она оперлась о стену и закрыла ладонью глаза. Губы ее плотно сжались и начали немного дрожать.
«Не плачь. Только не плачь… Не смей».
Деймон вскоре тоже вышел из купальни в новой сухой одежде. Презрительно, но в то же время как-то тепло посмотрев на Елену, он вышел, хлопнув дверью. Остановился неподалеку в коридоре. Ударив кулаком о стену, он прислонился к ее холодной, гладкой поверхности лбом и закрыл глаза, словно пытаясь прийти в себя.
«Что я натворил? Зачем? Даже так она никогда меня не признает. Тем более так. Но она перечила мне…», — на этом Деймон усмехнулся, вспомнив ее слова — «избалованный мальчишка».
Увидев слугу, шедшего по своим делам, он отправил его за женской одеждой, для своей дампирки. Но сам возвращаться в комнату не стал, меньше всего ему хотелось сейчас видеться с ней…
Пустота и отчаяние сменили его безудержный гнев… Он не знал, сколько еще он бродил по замку. Бесцельно, словно в прострации, стараясь забыть о том, что он сам же ей причинил. Час, два, три… Деймон и не заметил, как ноги привели его к своей комнате, где он оставил Елену… Скрип двери… Властные шаги… Абсолютные тьма и тишина…
«Куда она ушла?» — только и промелькнуло в его мыслях.
Свобода. Она восхитительна… Месяц… Первый месяц был для нее таким тяжелым. Она все время оглядывалась, была начеку, по привычке шевалье искала во всем подряд угрозу.
Дорогу домой она помнила. Наизусть. Людей ее деревни оставили в живых лишь тогда, когда она согласилась служить клану Серебряной кобры. Только так налетчики оставили деревню в покое. Поселение находилось в невероятно скрытом месте. И найти его никто не мог.
Еще ранее это было местом сбора всех охотников. Но позже, один из них основал небольшую деревушку для укрытия «отбросов общества». Она была спрятана и любой, кто становился ее жителем, давал клятву о том, что никогда не расскажет о ней никому постороннему. Лишь тот, кому она была действительно нужна, находил ее. Как?
Много лет назад создатель этого места, где всегда царила ночь, наложил на деревню заклинание и оставил трех орлиц следить за ней. Тот, кому была сильно нужна помощь, внезапно встречал духа-охотника, и призрак вел в деревню. Но, как это всегда бывает, «волк в овечьей шкуре» за деньги открыл тайну темного поселения. В тот день, когда все это началось, их предал человек. Просто продал информацию о том, где находится это убежище для отвергнутых. Дампиров, людей и вампиров.
Первое, что сделала бывшая жительница деревни, так это вычислила всех приверженцев клана Серебряной кобры. Их было около четырех — все, кто выжили в войне с кланом Драгоцких. Она находила их и убивала. Убивала за тем, что так нужно было. Потому, что они знали где находился город, в котором вечно правили звездная ночь и луна. Городок Трен. Перед тем, как убить, ей приходилось допытывать информацию, кому они еще рассказывали. Неприятная процедура, от которой у нее самой душа выворачивалась наизнанку и лишь страх, подаренный ей ее господином, заставлял не сомневаться в своих действиях.
Но, к счастью, предатели думали, что клан Серебряной кобры выжег деревню до тла, и не считали нужным говорить кому-либо. А если и болтали лишнего, то торжественно рассказывали, как сжигали и уничтожали все на своем пути.
Но Елена знала, что она жива. Девушка часто ночью смотрела на небо и видела, как сумрачная орлица, пролетая над ней, издавала печальный клик и улетала на север в сторону города. Так, словно благодарила за жертву. Если были живы духи — был жив Трен.
За месяц долгих и изнурительных странствий она избавилась от всех, кто когда-либо знал что-нибудь о городе, а именно то, как туда пройти. И затем настал ее черед вернуться домой. Еще пару недель пути. И, наконец, перед ней показались желанные черные горы. C их высот ниспадали огромные водопады. Скалы. Величественные, темные, зловещие и неприступные. Снова птичий оклик. Елена подняла голову вверх и увидела снижающуюся орлицу. Затем, неожиданно, полил дождь… Теплый и ласковый.
