Пришпорил Снежка и Владимир — тот охотно пошёл и опытный наездник почувствовал, что конь буквально рвётся в битву. У него и самого сердце билось как сумасшедшее. Ноздри начали раздуваться, а губы растянулись в хищном оскале — бой!
— Слава! — Заорал он во всю глотку, переходя в галоп. Сильные руки, держащие пики, наклонили их почти горизонтально. Пруссаки завопили что неразборчиво и выставили палаши, сомкнув строй.
Н-на! И пики выбрасываются вперёд с невероятной скоростью. Одному из кирасир острие влетает в лицо — и куска головы как не бывало. Второму пика влетает в горло — и пронзает назквозь, фактически отделив голову от туловища. Сила же и скорость удар таковы, что пика устремляется дальше и следующий пруссак получает ранение в плечо.
Столкновение! Князь был к нему готов, привстав в стременах перед ударом. Его выбросило вперёд, но и в падении поручик ухватил одного из врагов, увлекая вниз. Упавшего Владимир добил ударом пальцев в горло и вытащил из висевших на поясе пруссака ножен длинный кинжал. Почти такой же вылетел из его собственных ножен.
В дикой давке попаданец вертелся под копытами лошадей, разрезая лошадям животы и подпруги — нужна баррикада, чтобы кавалеристы не смогли проскочить её сходу. Раз! — И острие клинка вонзается под кирасу в нижнюю часть живота. Два! И лезвие кинжала распахивает ляжку кирасиру — почти до кости. Три! Сильные руки хватают врага за пояс и сдергивают с седла вниз. Добить ударом каблука в горло.
Прыжок вверх — и спортсмен оказывается в опустевшем седле одного из кирасирских коней. Два взмаха руками — и один из врагов беззвучно сползает с коня, а второй что-то вопит, держась за торчащий из глаза клинок.
— Вжж! — Вылетел из ножен клинок Тульской работы и поперёк горла одного из врагов появляется кровавая полоса.
Враги достаточно далеко и тянутся к пистолетам[68] — опередить их и выхватить пистолеты первым — кобуры-то у попаданца куда более продуманные! Гремят выстрелы и один из врагов склоняется к гриве коня, второй же только оглушён. Добить! Экстремал одним прыжком вскакивает на седло ногами и прыгает к оглушённому. Короткий удар эфесом сабли в висок — падает. Тут же поручик перерезает горло коню пруссака — баррикада…
Передовой отряд уничтожен — и настолько быстро, что прославленные воины не успевают придти на помощь товарищам. Пока они не опомнились, поручик добивает нескольких коней и подтаскивает трупы поближе друг к другу, создавая завал. Обойти? Каменный мост шириной около трёх с половиной метров, да и массивные каменные перила…
Успел — и к мосту подлетают пруссаки. Пространство перед ним небольшое, так что они толпятся, мешая друг-другу. Вояки они прекрасные, но столь внезапная гибель товарищей заставила растеряться — ничем иным такую давку не объяснить. Стороны обмениваются выстрелами, но если попаданец целит исключительно в коней (завал!), то кирасиры — в поручика, которые не собирается принимать грудью пули.
Владимир как будто распараллелил своё сознание и успевает следить за всеми противниками сразу. Нацеленное в него дуло пистолета от крайнего справа кирасира он игнорирует, потому что видит его ствол немного сбоку, а это верная примета промаха.
Центральный метко целится, но… в последний момент спортсмен просто приседает и пуля пролетает мимо[69]. Начинаются “пляски” под пулями, но длятся они не долго — не зря поручик целил именно по лошадям. Вот одна упала — наездник успел соскочить. Вторая жалобно ржёт и пытается лечь.
Пользуясь заминкой, князь перелетает баррикаду (спасибо паркуру!) и врезается в строй. Это настолько дико — пеший атакует конных, что противники теряются. Ненадолго, но и этого хватает — экстремал вертится внизу и просто калечит лошадей, перерубая им ноги.
Воцарятся хаос и… кирасиры отступают. Немного, просто чтобы перегруппироваться и спешится. Пользуясь хаосом, Владимир нанизывает одного из противников на острие клинка, после чего забирает палаш из мёртвой руки. С двумя клинками можно многое натворить…
Быстро обшариваются мёртвые тела, кобуры и седельные сумки — пистолеты, порох, пули! Едва успев сложить их отдельно, как начинает атака спешившихся кирасир. Идут строем, в ряд по трое — больше не получается из-за ширина моста. Однако трупы под ногами мешают нормальному взаимодействию.
Поручику же… Рраз! — И следует прыжок на высокие каменные перила. Затем, не останавливаясь ни на мгновение, он прыгает на крайнего пруссака. Тот хороший воин и успевает отбить чудовищный по силе и скорости удар. Но не успевает отбить удар второго клинка и падает с рассечённой головой.
Затем следует нападение на следующего противника и тот не успевает отбить стремительный выпад палашом и валится под ноги, хрипя пронзённым горлом и суча ногами. Последний пятится и падает. Экстремал рубит его по ногам, а когда тот непроизвольно скорчился от боли — добивает.
