- Сереж, вон там – Екатерина показала рукой на окно, выходящее в офис – нет идиотов. Там очень скрупулёзно подобранный коллектив и каждый относится к предоставленной свободе точно так же, как ты. Люди мотивированы идеей проекта, сложностью задачи и безграничностью ресурсов, особенно те, кто знает про Улей. Проблемы свободы возникают тогда, когда в проект приходит некомпетентный человек, особенно если на какую-то ответственную должность. Вот тогда сразу возникает необходимость в дисциплине, плетках и пряниках, коучах, докладах руководству и пении корпоративных гимнов. И стоит одной такой гадине попасть в проект, и ты оглянуться не успеешь, как происходит моментальное заражение, они ведь плодятся быстрее тараканов.
- Сурово
- Ага, проходила пару раз через такую историю. Идиот может взять на работу только другого идиота, они построят кластер идиотов и понеслась. Если финансирование хорошее, проект конечно не помрет, всегда найдется парочка энтузиастов, которые вопреки всему будут его тащить, но всему есть предел – Екатерина тяжело вздохнула – но давай не будем о грустном. У нас свобода не создает проблем, она мотивирует, потому что люди друг друга зажигают и ценят. Их мало и каждый на своем месте – Екатерина встала, сходила к холодильнику и вернулась со стаканом воды.
-У тебя значит, идеи есть куда копать? – спросила она и сделав большой глоток воды смотрела на Сергея поверх стакана
- Да, правда не могу сказать, что это прямо идеи. Все на поверхности, бьем по органам чувств: цвет, оттенки, интенсивность, звук. Никакой магии как сказал Петр Васильевич. Вопрос в том, как это все делать, как правильно ударить. Мне Петр Васильевич и Мирон все пояснили, относительно тормозных каналов коммуникации с мозгом, необходимости повторений, формировании доминант и прочее и прочее. Теперь нужно переварить и думаю сложится. Где-то там, на уровне интуиции уже нечто формируется, смутно так, но решение точно есть.
- Осталось только придать ему форму, да?
- Все верно
- Ну вот так оно примерно и работает. Ну что же – Екатерина встала – давай через час встретимся у лифта и поужинаем у нас тут на крыше, там очень неплохой ресторан, а потом прогуляемся по центру. Что думаешь?
- Звучит как план – ответил Сергей, глядя на ее снизу вверх
- Ну не скучай – Екатерина пошла к выходу, на пороге обернулась и несколько секунд смотрела на Сергея, словно забыла что-то сказать, но потом повернулась к двери и вышла.
Сергей закинул руки за голову и откинулся на спинку дивана, уставившись в потолок
- Свобода, да – сказал он вслух – вот ты какая – добавил он, представляя и Катю и Улей и эту абстрактную свободу. Где-то в глубине действительно зрело решение, он его почти видел, нужно было только ухватить и притянуть поближе. По опыту он знал, что скоро оно вызреет, оформится и можно будет начать работу.
Работа с цветом и звуком была ему знакома, он, как и любой руководитель, проходил и не раз различные курсы по правильной разработке презентаций и других визуальных материалов, «продающих» проекты. Эти базовые знания позволили быстро понять материалы от Траляля и Труляля. Копаться в деталях там пока действительно не имело смысла, нужно было понять подход и обсудить его с Улей, дальше, судя по обещаниям, она должна будет помочь отшлифовать решение. Цветокоррекция применяется в кино достаточно давно, в том числе и для того, чтобы сформировать отношение зрителя к сцене, герою, да и в целом вызвать тревогу или создать ощущение безудержного веселья. Человек, если немного утрировать, похож на такой аккордеон, с кучей кнопок и клавиш, зная их назначение можно играть на нем любые мелодии, вот как это и демонстрируют тут. Если совместить такую «мелодию» в кадре с рекламируемым продуктом, кандидатом, идеей или компанией (нужное подчеркнуть) и прокрутить энное количество раз, то эмоция привяжется к рекламируемому объекту и при встрече с объектом в реальности, человек будет переживать эту, запрограммированную эмоцию. Но все это медленно и нудно, плюс с рисками искажения восприятия, о которых говорил Карпатов. Цвет и звук – это все хорошо, но есть еще и картинка, а вот ее мозг может интерпретировать по-разному и поломать замысел автора, ну и добавляем в эту историю еще и нарратив, а это слова и получаем кошмар. Слова, слова. Весь наш мир сделан из слов. Вторая сигнальная система нам совсем не помощник.
Во внешнем мире нет ни цвета, ни веса, ни температуры, ни плотности и ни свойств поверхности, все это создает наш мозг, «оцифровывая» сигналы, получаемые извне, от органов чувств.
- «Что нам необходимо?» – спросил Сергей сам себя