Глава 13.
Когда Аля открыла глаза, было светло, но все кроме нее спали глубоким безмятежным сном. Она не сразу поняла, откуда исходит чувство дискомфорта.
'Вот засранец!', до нее, наконец, дошло, что горячая ладонь Дэйвида лежит на ее груди, под футболкой. Она осторожно, чтобы не разбудить его, убрала руку и тихонечко встала.
'Интересно, почему я не в бешенстве? Вернее, я даже не злюсь на него. Я возвращаюсь к жизни? Или просто не проснулась до конца?.. А, может, потому, что это Дэйвид, и ему можно простить все, что угодно?'.
Аля спустилась и, подбросив дров в камин, села, вглядываясь в огонь. Было хорошо. Тепло. Тихо. В голове пустота, но не от отчаяния, а от того, что все хорошо и не о чем волноваться не надо.
Наверху послышались невнятные звуки и, подняв голову, она увидела на лестнице заспанного Дэйвида.
- Ты что так рано вскочила? - недовольно пробурчал он.
- Не привыкла, что можно спать хоть до обеда. И, к тому же, не очень-то мне было удобно...
- Это с непривычки, на новом месте.
- Это потому, что я не привыкла, чтобы меня лапали во сне.
- Хм... Ну, извини. В следующий раз постараюсь держать себя в руках, - не слишком уверенно пробормотал он.
- Следующего раза может не быть.
- Как это я остался жив?
- Сама удивляюсь... Видно, я еще не проснулась. Мы сегодня на лыжах начнем ноги ломать?
- Нет, первое января - время похмелья, сна, лености и расслабухи, - засмеялся он, - К тому же, подъемники не работают.
- Слава Богу! У меня еще один день жизни в запасе.
- Оставь свой пессимизм, я же сказал, что ничего сломать тебе не позволю. Хочешь, сделаю чай?
- Здорово!
Дэйвид вернулся из кухни с чашками. Ну, конечно, лимон, и сахара ровно столько, сколько ей нравится.
- Кто у вас играет? - кивнула она головой в сторону громоздкого старого пианино.
- Все, - рассеяно ответил он, явно думая о чем-то своем.
- Все? - поразилась Аля, - И ты?
Он смутился, будто случайно выдал страшную тайну.
- Ну, да... Немного.
- Немного? Такое же немного, как твои рисунки?
Парень пожал плечами.
- Почему ты мне никогда не играл?
- Не думал, что тебя это заинтересует.
- Меня интересует все, что делаешь ты! - раздраженно сказала Аля, - Ну!
- Что за тон? Шопен?
- Круто!
Дэйвид сел за фортепиано, полились тоскливые мягкие звуки. Мелодия окутывала, зачаровывала, звала за собой.
- Интересно, что было в голове у человека, когда он писал такую музыку? - спросила она, когда мелодия закончилась.
- Что ты имеешь в виду?
- Ну, стихи... Там все понятно, во всяком случае, почти все. Живопись, тоже. А музыка? Все эти разговоры: что вы представляете, когда звучит это произведение. Вас мучили этим кошмаром в школе?
- Было. Но, на самом деле, в поэзии тоже далеко не всегда все понятно, тем более в живописи. Есть же всякие там 'Черные квадраты'.
- Поэтому, мой любимый художник - ты. Все понятно, - улыбнулась Аля.
- Это оскорбление?
- Нет, это - комплимент.
Наверху открылась дверь.
- Мы кого-то разбудили? - забеспокоилась девушка.
- Нет, там не слышно. Просто, не только ты привыкла вставать в одно и то же время.
- Надо переодеться...
- Пошли, я вынесу твои вещи.
- Ты всех перебудишь.
- Я все делаю намного тише, чем ты. Да и спят Лизка и Верка, как солдаты на посту, а Андрея не жалко.
Минут через двадцать, приняв душ и переодевшись, она снова спустилась, на кухне наливала себе чай Марина.
- Доброе утро. С Новым годом, - поздоровалась Аля. - Я думала, Тася уже на стол накрывает.
- Готова спорить, что она появится не больше, чем через полчаса. Чаю хочешь?
- Нет, спасибо, меня уже Дэйвид напоил.
- Ты это серьезно?
- Что?
- Дэйвид воды себе налить не в состоянии, все, что связано с появлением на кухне, вызывает у него активное отторжение, - уверенно заявила Марина.
- Мне кажется, вы просто его балуете. Все он в состоянии.
- Мальчики на многое способны, когда влюблены. Жалко, обычно это недолго длится. Так что, пользуйся моментом. А то, вечно мы: ой, да, не надо, ты меня балуешь, а потом, возмущаемся, куда что делось. Может, расскажешь, что у вас с Ванькой произошло.
- Зачем?
- Ладно. Созреешь - расскажешь. А вот и Тася!
Снова накрывали на стол, снова поздравляли друг друга, снова ели, снова приходили гости.
- Погуляем? - предложил Дэйвид, когда в доме стало слишком шумно.
Они пошли по сонному совершенно пустому поселку. На улицах - ни одного фонаря, тишина, только, время от времени из дворов слышатся пьяные выкрики.
- Романтика... - хмыкнула Аля, - Люблю первое января, все спят, на улицах тихо, машин нет.
- Здесь, вообще, машин нет. Бедный поселок, бедные люди.
- А пьют, как богатые, - не сдержалась она.
- В России всегда так, если ничего уже не осталось - народ гуляет и веселится.
- Ты явно думаешь не о том, о чем говоришь.
Дэйвид взглянул удивленно.
- Это настолько заметно?
- Мне заметно. Ты какое желание загадал?
- С чего это ты вспомнила?
- Да, так, просто, пришло в голову.
- Тебя...
- Что?!
- Все остальное у меня есть.
- Вечно ты надо мной смеешься, а я введусь, - недовольно пробурчала Аля.
- Я совершенно серьезно.
