- И они знают свое дело – сказал Туан. – В конце концов, они были в составе коммунистической группы диверсантов, до того как перешли на нашу сторону.
Наша колонна прибыла в Ханой как раз к «закрытию дороги», когда грузовики подобрали охрану вдоль шоссе, блиндажи закрыли проходы в заграждениях, а два броневика и два полугусеничника заняли позиции возле контроль-пропускного пункта около Заляма, готовые прийти на помощь любой незадачливой машине, которая, возможно, пропустила окончание закрытия или поддержать ближайшие посты по периметру обороны самого города. Ночь начала опускаться на четыре тысячи деревень дельты Красной реки и ночь принадлежала Вьетминю.
Еще до падения Дьенбьенфу 7 мая 1954 года контрнаступление Вьетминя набрало обороты в других секторах, в частности, на Plateaux Montagnards (Центральное нагорье), через которое проходил кратчайший маршрут с севера на юг в Индокитае, и которое было в значительной степени недоступно для воздушной разведки и бомбардировок французов.
Затягивание удавки коммунистов вокруг плато, сделало бы невозможной длительную оборону южного Лаоса, открыло бы доступ в доселе спокойную Камбоджу для полномасштабного вторжения и непосредственно угрожало небольшим, но важным французским форпостам в Хюэ, Туране (Дананге – прим. перев.) и Нячанге вдоль побережья Аннама.
Чтобы поддерживать битву при Дьенбьенфу и полномасштабное наступление на жизненно важные позиции в дельте Красной реки, которое неизбежно должно было последовать, французское верховное командование должно было лишить район плато основной части его мобильных сил, оставив его оборону в руках статичной 4-й вьетнамской горной дивизии и небольших диверсионных подразделений глубокого проникновения (см. главу 10). Одна вьетнамская мобильная группа №11, была размещена в Анкхе, но имела ограниченные наступательные возможности. Таким образом, бремя поддержания всей оборонительной системы, было возложено на одну-единственную высокомобильную полковую оперативную группу, мобильную группу №100.
Мобильная группа №100 была одной из лучших и самых мощных частей этого типа. Ее ядром были ветераны французского батальона из войск ООН в Корее, закаленные в боях элитные войска, в которых многие из солдат и офицеров пошли на понижение в звании на один или два ранга, чтобы получить возможность служить в войсках ООН. В Корее французский батальон сражался в рядах американской 2-й пехотной дивизии и покрыл себя славой при Чипхён-ни, Вонджу и перевале Разбитых сердец. Переброшенный в Индокитай после заключения корейского перемирия в июле 1953 года, Bataillon de Corée, усиленный собственными резервами и включением двух вьетнамских рот вместе со знаменитым коммандо Бержероль (во французской армии небольшие ударные подразделения (коммандо) часто носят имя своего создателя или командира; отсюда коммандо Бержероль, Витасс, Ванданберг и т.д. Прим. автора), был переформирован в Корейский полк. Присоединившись, в свою очередь к 2-й группе из 10-го колониального артиллерийского полка и Bataillon de Marche (у американцев нет в регулярных войсках эквивалента так называемым «маршевым частям» французской армии. Хотя иногда они формируются только для определенной цели, они часто имеют тенденцию становиться постоянными смешанными подразделениями. В Тонкине было две маршевые дивизии, а Иностранный легион имел свой знаменитый маршевый полк. Прим. автора. ) 43-го колониального пехотного полка, смешанному подразделению из испытанных и опытных в действиях в джунглях французских и камбоджийских частей, часть была введена в строй как мобильная группа №100 15 ноября 1953 года.
Больше, чем обычно, позаботились о подготовке и снаряжении этого элитного отряда. По приказу своего нового командира, полковника Барру и его начальника штаба, подполковника Лажуани, мобильная группа разместилась в удобных помещениях в Зядине, недалеко от Сайгона. До 29-го ноября мобильная группа старательно переучивалась, проводя огневую подготовку совместно с собственной артиллерией (редкость для Индокитая, где часто считалось что «лучшая подготовка – это отправить их на встречу с вьетами…»), а на 29-е и 30-е ноября отправилась на ночной бивак. Вскоре усиленная 3-м эскадроном 5-го («Королевская Польша») бронекавалерийского полка, мобильная группа теперь насчитывала, с собственной штабной ротой, 3498 человек. Хорошо экипированная и в великолепной физической форме после нескольких месяцев мира и переоснащения в Корее, основная масса мобильной группы была более чем готова к встрече с противником. Этот день не заставил себя ждать.
