После поступления на журфак Оля практиковалась на тогда еще чрезвычайно крутом канале РТР, в студии «Репортер». Оттуда получился проект «Профессия – репортер» на позапрошлом НТВ, откуда вышли Екатерина Гордеева[23] и Андрей Лошак[24]. Потом Шакина работала на развивающемся и еще независимом российском телике: на НТВ, ТВ-6, «Культуре». В 2009 году она начала писать для Tatler и ходить на не очень популярные тогда митинги в защиту 31-й статьи Конституции, в которой говорится, что мы имеем право на свободу собраний.
Оля работала в глянце, писала о лайфстайле, путешествиях и красивых селебах, ходила в «Симачев», ездила на кинофестивали, носила красивые вечерние платья на красных дорожках, брала интервью у Жюльет Бинош и Леонардо Ди Каприо, была на одной вечеринке в Лондоне с Киллианом Мерфи и Тимом Бертоном, стильными, элегантными и gentle, и параллельно в Москве встречала отряды омоновцев, одетых в омоновское. Оля говорит, что в глянце она узнала больше о стране и ее будущих тенденциях, чем в ежедневных СМИ: все чаще героями светской хроники становились чиновники и их жены.
У Оли происходила красивая и культурная столичная жизнь, она купила себе сумку «Шанель» и однушку в центре и уже тогда начала понимать, что она, как и многие ее коллеги, паразитирует на тягучих нефтяных доходах.
«Дождь»[25], разумеется, делался буржуазной московской тусовкой на буржуазном «Красном октябре», а потом на модном «Флаконе». Но именно туда стали приходить политики, появление которых было запрещено в официальной сетке вещания; именно там обсуждались темы, про которые не говорили никогда в других эфирах, там освещались трагедии, вспоминались их жертвы, собиралась волонтерская и денежная помощь, делались репортажи с митингов и материалы о новых политических заключенных.
Оля уехала из России в 2013 году, после принятия закона Димы Яковлева. Это не было тогда типичным, но уже, разумеется, было привилегией. Оля продолжала писать про фильмы, спектакли, ездить на фестивали, работала внештатной корреспонденткой базирующегося в Праге «Настоящего времени»[26]. Разумеется, Шакина была не единственная, кто проделал путь из глянца в правозащитную или антикоррупционную журналистику. Например, была еще Оксана Баулина, бывшая редакторка журнала Glamour, которая погибла в Киеве в 2022 году во время журналистской командировки. Многие коллеги Шакиной и Баулиной остались работать в московском глянце, идут на компромиссы, но у каждого свои жизненные обстоятельства.
В 2021-м Оля начала работать редакторкой в правозащитном объединении. Это команда адвокатов, которые, например, помогают российским ученым, обвиняемым в госизмене за то, что читали лекции в Китае или вели переписку с коллегами на английском. Или оспаривают решение Минюста о признании организаций или отдельных людей иноагентами. И много чего другого, сложного, опасного, часто безрезультатного. Оля обращает юридические адвокатские речи в читабельные тексты, пишет для соцсетей правозащитного объединения, составляет письма-обращения, находит новости и информационные поводы, делает профайлы о политических заключенных. По ее мнению, сейчас это самая правильная трудовая занятость, которую может осуществлять человек, умеющий профессионально писать. Теперь Оля – мать-одиночка, которая живет в маленькой комнате в деревне под Берлином. На расстоянии вытянутой руки от ее окна проходит одноколейка.
