Улица Светлячков полностью

Кейт хотела бы вести себя с такой же непринужденностью, но ей для этого двух коктейлей было мало. Поэтому она сидела за столом и смотрела, как Джонни пялится на Талли.

На Кейт он обратил внимание, лишь когда Талли отправилась в туалет.

– Она прямо вечный двигатель.

Кейт попыталась придумать, что бы такого сказать, чтобы сменить тему, увести разговор от Талли, может, даже намекнуть на свой скрытый пыл и страсть. Впрочем, кого она обманывает? Какой уж там пыл. Если Талли – пурпурный шелк, то Кейт – бежевый хлопок.

– Ага.

Талли вывалилась из туалета и, пьяно пошатываясь, шагнула к бару.

– Слушайте, уже десять. Можно канал переключить? Все равно телик никто не смотрит.

– Да пожалуйста.

Девушка за барной стойкой, похожая на статистку из постапокалиптического боевика, забралась на стремянку и переключила канал.

Талли подошла к телевизору с таким видом, точно перед ней папа римский, а она – раскаявшаяся грешница.

На экране появилось ее лицо.

– С вами Таллула Харт, и сегодня мы находимся в Йелме, штат Вашингтон. С самого утра этот сонный городок сотрясают протестные акции: последователи Джей Зи Найт, якобы вступившей в контакт с древним духом по имени Рамта, борются с местными жителями за право на застройку городской территории…

Как только сюжет закончился, Талли повернулась к Кейт.

– Ну? – спросила она тихо, с дрожью в голосе.

– Охренительно, – честно ответила Кейт. – Ты круче всех.

Талли крепко стиснула ее в объятиях, затем схватила за руку:

– Пойдем, танцевать хочу. Джонни, и ты давай с нами. Потанцуем все вместе.

На танцполе мужчины танцевали с мужчинами, женщины целовались с женщинами под Sex Pistols. Совсем рядом с Кейт какая-то девушка в черной виниловой мини-юбке, берцах и чулках в сетку дергалась под музыку в одиночестве.

Первой танцевать начала Талли, потом к ней присоединился Джонни, последней вступила Кейт. Сперва она чувствовала себя неловко, третья лишняя, но к концу песни расслабилась. От алкоголя она будто таяла, тело становилось текучим, и когда заиграла медленная песня, она без малейших колебаний подалась навстречу Джонни и Талли. Втроем они мягко покачивались под музыку, и это ощущалось на удивление естественно – и сексуально. Кейт смотрела на Джонни, который смотрел на Талли, и все мечтала, чтобы хоть раз он взглянул на нее такими же глазами.

– Никогда не забуду эту ночь, – сказала Талли им обоим.

Джонни наклонился к Талли и поцеловал ее. Кейт была настолько пьяна, что даже не сразу поняла, что происходит. Лишь мгновение спустя она ощутила боль.

Талли отстранилась, рассмеялась, отталкивая его от себя:

– Плохой Джонни.

Он провел рукой по ее спине, попытался притянуть ближе.

– А тебе разве не нравятся плохие парни?

Талли не успела ответить – кто-то позвал ее по имени, и она обернулась.

Сквозь подвижную, плотную толпу к ним пробирался Чед. С длинными волосами и в футболке с Брюсом Спрингстином он выглядел как рокер, который по ошибке забрел на дискотеку.

Талли бросилась ему навстречу. Они принялись целоваться так, будто никого вокруг не было, и Кейт услышала слова Талли:

– Хочу с тобой в постель, старикан.

Так ни с кем и не поздоровавшись, не попрощавшись, даже рукой не махнув, Чед увел Талли с собой. Кейт так и стояла, прижавшись к Джонни. А Джонни так и смотрел на дверь, будто надеялся, что Талли вернется, крикнет: «Первое апреля, никому не верю!» – и снова начнет танцевать.

– Она совсем ушла, – сказала Кейт.

Джонни очнулся. Отпустив ее, вернулся за стол, заказал еще два коктейля. Кейт сидела с ним рядом, не говоря ни слова, думая только: «Посмотри на меня».

– Это был Чед Уайли, – сказал он наконец.

Кейт кивнула.

– Немудрено…

Он уставился в темный коридор по другую сторону танцпола.

– Они давно уже вместе.

Кейт изучала профиль Джонни. Всего на одно мгновение она вдруг осмелела, почти решилась сделать первый шаг, прикоснуться к нему. Может, с ней он забудет о Талли, разлюбит ее; может, сегодня не так уж важно, что она запасной вариант, что оба они пьяные? В конце концов, случается же и по пьяни настоящая любовь?

– Ты надеялся, что вы с Талли…

Он кивнул, не дав ей договорить.

– Пойдем, Маларки. Провожу тебя домой.

Всю дорогу до дома она убеждала себя, что это к лучшему.

– Ну, спокойной ночи, Джонни, – сказала она, остановившись у двери их с Талли квартиры.

– Спокойной ночи.

Он пошел к лифту, но на полпути остановился:

– Маларки?

Кейт замерла, обернулась:

– А?

– Ты сегодня отлично справилась. Я говорил уже? Ты отлично пишешь, у тебя талант, мало кто так может.

– Спасибо.

Позже она лежала в постели, уставившись в темноту, и вспоминала эти его слова и взгляд, с которым их произнес.

Сегодня он ее заметил, пусть и на одно мгновение.

Может, не так уж все безнадежно.