— Мое расследование показало то же самое, если кому-то интересно, — сухо заметил Хаус.
Умбер расслабился:
— Даже не знаю, обидеться или обрадоваться твоим словам, Паван.
— Вы настоящий ценитель работ Волетта. У нас есть способы подтвердить подобную информацию. Вы любите его творчество и вы явно благоволили ему самому.
Джакс почувствовал, как нити Силы, отпущенные им свободно развеваться, начали стягиваться обратно. Да, в комнате определенно присутствовало чувство напряжения, тревоги, и оно только подтверждало его подозрения.
— Да. Но вот ваша супруга не разделяла вашу страсть. — Задрав голову, он взглянул за спину аристократа. — Правильно, баронесса Умбер?
Она неотрывно смотрела на него. Не знакомый с повадками ее народа, Джакс не мог распознать ее эмоции. Но гнев, плывущий в потоках Силы, трудно было с чем-то спутать.
— Этого я не отрицаю.
— Наш дроид, — Джакс указал на молча наблюдавшего И-5, — получил доступ к вашим банковским выпискам. — Он оглянулся на Хауса. Забрак ничего не сказал, но смотрел на джедая очень пристально.
— Паван, в самом деле! Это уже слишком! — на этот раз Умбер не смог сдержать гнев.
Джакс даже бровью не повел:
— За три последних стандартных года вы потратили существенную сумму на приобретение работ Веса Волетта. Настолько существенную, что ваш кредитный рейтинг, а также платежеспособность, в том числе как заемщика, пошатнулись.
Брызгая слюной, Умбер возмущенно произнес:
— У меня все под контролем. Всегда. Мало того, что это вторжение в мою частную жизнь, но я не вижу, какая тут связь с установлением личности убийцы. — Он повернулся к Хаусу. — Префект, это наверняка нарушение процедуры расследования.
Хаус медленно покачал рогатой головой:
— Посмотрим, куда он клонит.
— О ваших финансах, барон, беспокоился некто иной, — продолжал Джакс. — Некто, по чьему мнению у вас далеко не все было «под контролем». Некто, кого каамасское искусство не увлекало так безоглядно, как вас, — Джакс снова переключил внимание на супругу барона.
Беспокойство и гнев ощущались в потоках Силы очень явно. Джедай усилил натиск.
— Это вас, Кирма Умбер, видела соседка Дижи у студии Волетта в ту ночь. Свидетельница сказала, что незнакомец был крупнее среднего виндалийца. Я не очень хорошо разбираюсь в анатомии вашей расы, но знаю, что женщины у вас всегда крупнее мужчин.
Вы следовали за своим супругом, потому что боялись, что он купит очередную работу Волетта и тем самым еще больше подорвет ваше финансовое положение. После ухода барона вы ворвались к Волетту и угрожали ему. Не исключено, что вы велели ему больше никогда не продавать барону скульптур — или хотя бы до тех пор, пока не утрясутся финансовые проблемы вашего семейства.
Она не сводила с него неподвижных глаз.
— У людей живое воображение. Должна сказать, что ваше, Паван, гораздо богаче многих виданных мной, — тон ее был спокойным, но исходящие от нее эмоции весьма отличались по окраске.
— Волетт, независимая творческая личность, отказал вам. И вы на него напали. Может, без умысла убить, но ваших сил хватило, чтобы нанести смертельный удар. А потом вы скрылись.
Барон Умбер не сводил глаз с супруги. Видно было, что он хочет что-то сказать, но не может подобрать слов. Кирма взглянула на него, потом снова повернулась к Джаксу.
— Что-то вам известно. Не знаю, откуда, но… да. Я следила за своим супругом и поссорилась с Весом. Я просила его прекратить эту куплю-продажу. Но к финансам моя просьба не имела отношения. Если барон говорит, что они у него под контролем, значит, так и есть. Он любит работы Волетта, но никогда не подвергнет риску благополучие семьи в погоне за произведениями искусства. Это было бы решительно не по-виндалийски.
— Тогда что же?
— Уж ты-то должен знать. — Шагнув вперед, виндалийка подняла руку и ткнула в стоящую перед ней фигуру. — Все из-за нее.
Внимание всех присутствующих невольно переключилось на ошеломленную зелтронку. Дижа, раскрыв рот, вытаращилась на хозяйку, перевела взгляд на барона, потом повернулась к джедаю.
— Джакс, я… понятия не имею, о чем она говорит.
Тут заговорил Умбер, хотя его и не спрашивали:
— Вынужден признать, что между нами было… притяжение. — Он повернулся к супруге. — Но ничего больше. Ничего между нами не происходило. Кирма, в доме Волетта в ее присутствии я не мог контролировать свои действия. — Он беспомощно развел руками. — Она зелтронка.
— Вот и держался бы от нее подальше, — пробормотала супруга.
— Каким это образом? — запротестовал он. — Она всегда была поблизости. Я иду выбирать скульптуру — она там. Мы с Весом обсуждаем платежи — она там. Мы торгуемся или обсуждаем искусство — тоже там. Она была его компаньонкой.
Кирма Умбер больше не смотрела на супруга. Теперь ее эмоции отличались от тех, что Джакс уловил первоначально.
— И она зелтронка. Это объясняет положение вещей, но не оправдывает твоего поведения.
— Да не было ничего, — уверил ее Умбер со всей горячностью, на которую был только способен, не срываясь на крик. Его искренность распространилась в Силе, и Джакс поверил.
