Я могла только посочувствовать. Остин славилась, с одной стороны, неистребимой расхлябанностью, а с другой — эксплуататорскими замашками, а это достаточно гадкая смесь в старшей ночной сестре. Она была так неорганизованна, что ради компенсации могла заниматься сразу шестью делами и ожидала, что все остальные будут вести себя так же.
— Бедная старушка Коссар, — сочувственно произнесла я. — Бьюсь об заклад, ты точно не сидела без дела всю ночь.
— Вы шутите! Я носилась без остановки до этой самой минуты! — воскликнула Джуди возмущенно. — Каждый раз, когда мне удается сделать что-то наполовину, она поручает мне новую работу и покрикивает: «Поторопитесь, сестра! А то мы никогда ничего не успеем!» И бог ее знает, чем занималась она сама. Остин только сейчас ушла писать рапорт. А насчет полировки тазиков… Я возразила ей, что люди покупают вещи из нержавейки как раз для того, чтобы их не полировать, но эта женщина обвинила меня в праздности и заявила, что не понимает, куда катятся в наши дни медсестры.
Это было забавно.
— В наши дни? А в какие еще дни она жила?
— О, она говорит так, как будто ей лет пятьдесят.
— Ей двадцать два, — рассмеялась я. — А может быть, и того меньше. В любом случае не позволяй ей расстраивать себя. Ты должна уметь управляться с возбудимыми людьми. Ты ведь умеешь утихомиривать нервных пациентов, так что наверняка справишься и с нервными коллегами. Рассматривай ее как больного, только и всего.
— Да простит меня Господь, но на больничной койке она была бы в десять раз невыносимее. Похоже, сегодня не будет кофе. Если я только высуну нос за дверь, Остин заставит меня полировать огнетушители или делать какую-нибудь другую глупость. Она не позволит, чтобы в мои ленивые руки вселился дьявол.
— В таком случае пойдем вместе: поможешь мне перевернуть мистера Планта, — предложила я. — Он ужасно плох. А эта женщина не сможет тебя запрячь, пока ты делаешь что-то другое, даже если выполняешь обязанности дневных сестер.
— Она на это не клюнет, — засомневалась Джуди. — Ну хорошо, я принесу белье из прачечной.
Вместе мы вымыли и вычистили мистера Планта, приподняли его в кровати и устроили поудобнее. Он был шестидесятилетним водителем с переломом бедра. Грузовик врезался в его такси, как нож в консервную банку, и водитель оказался заблокирован в груде искореженного металла на несколько часов. Он был абсолютно белым, по словам врачей скорой помощи, когда пожарные смогли вырезать хоть кусок металла, чтобы доктор смог сделать ему укол.
Он усмехнулся мне и поднял глаза на Коссар, пока мы приводили его в порядок.
— Улыбнись, деточка, — сказал он ей. — Тебе ведь спать с ней не придется, правда? — Затем он повернулся ко мне: — Эта сестра Остин следила за ней всю ночь. Она напоминает мне старуху жену. Никогда не может остановиться.
Я положила сохнуть его повязку и наклонилась положить мыло обратно в ящичек. Выпрямившись, я произнесла:
— Ну… Она хорошая сестра.
Естественно, что мы по секрету жалуемся друг дружке, но мы должны защищать персонал и выглядеть лояльными перед пациентами, или больные перестанут доверять нам. Этому правилу нас научили еще на первом курсе, и оно работало.
— Она очень добрая, — добавила я для большей уверенности. В конце концов, у меня не было никаких доказательств обратного.
— Чушь! Кто бы говорил, — усмехнулся Плант. — Девочка ведь вам все рассказала. Я ей тоже сказал, что думаю.
— Да? — удивилась я.
— А что касается сестры Коллинз, она была… А вот и неприятность! Молчите. — Он натянул свою простыню до подбородка и закрыл глаза, а я понесла свой поднос к следующей тумбочке. Остин уже шарила по палате своим близоруким взглядом.
— Ах, вот вы где, сестра Коссар! Что вы делаете?
— Помогаю сестре Дрейк поднять мистера Планта, — спокойно ответила Джуди. — А затем мне нужно…
— Да, но ведь он уже в порядке? — не сдавалась та. — Поэтому идите и отполируйте пепельницы на столе старшей сестры. И ради всего святого, пошевеливайтесь, а то она появится раньше, чем вы закончите.
— Но, сестра, я их уже отполировала один раз!
— Возможно, и так. Но после этого их использовал мистер Сейл, — проворчала Остин. — Я не знаю, почему дежурным не запретят приносить сигареты с собой в палату, меня тошнит от этой грязной привычки. Не слишком-то хороший пример для пациентов. Вперед, сестра!
Но Коссар первым делом подкатила ко мне тележку с чистым постельным бельем, а затем с интересом воззрилась на потолок.
— Видите, как она себя ведет? — пробормотала Джуди. — Остин проигнорировала мое присутствие, но это не задело меня, несмотря на намеки мистера Планта.
Я уже забыла об этом инциденте, когда в ответ на громкое «Войдите», произнесенное старшей сестрой примерно час спустя, появилась в кабинете и закрыла за собой дверь.
Я стояла навытяжку, с руками, сложенными за спиной, как у прилежной ученицы, и ждала, когда начальница обратит на меня внимание. Я молча наблюдала, как она подписывает какие-то документы. Затем она подняла голову от бумаг, и я произнесла:
— Вы хотели видеть меня?