Телефон продолжает надрываться, а эта сучка не хочет поднять трубку у себя в спальне! Гейтс перевел взгляд на светящийся экран коммутатора, и кровь отхлынула от его головы. Звонили по секретному номеру, которым могли воспользоваться очень немногие. Адвокат опустился на кровать с широко открытыми от страха глазами; этот странный звонок из Парижа пугал его все больше. Звонили по поводу рейса на остров Монтсеррат, Гейтс чувствовал это! Посланная им информация оказалась неверной… Префонтейн обманул его, и теперь Париж требует объяснений! Боже, ведь они придут за ним, они все узнают! Нет, еще есть выход, можно все объяснить, рассказать правду. Он доставит предателей в Париж, точнее, представителю парижского отделения организации здесь, в Бостоне. Он напоит Префонтейна и этого мерзкого сыщика и заставит все рассказать единственному человеку, который сможет его оправдать… Телефон! Нужно ответить. Нельзя, чтобы подумали, будто он что-то скрывает. Гейтс протянул руку и схватил с трезвонящего аппарата трубку, поднес ее к уху.
– Да?
– Господин адвокат, – произнес тихий голос на другом конце линии, – это произошло семь лет назад. Мне напомнить вам, что у нас есть вся информация о вашей деятельности в то время? Второй отдел оказывает нам гораздо большее содействие, чем вы.
– Меня обманули, клянусь вам! – закричал Гейтс, у которого от страха тряслись ноги и охрип голос. – Вы ведь не думаете, что я способен передать неверные данные. Я еще не рехнулся!
– Мы знаем, что иногда вы можете самовольничать. Мы послали обычный запрос…
– Клянусь, я сделал все возможное. Господи, я заплатил пятнадцать тысяч долларов, чтобы сохранить все в тайне, чтобы ничего нельзя было проследить – конечно, дело не в деньгах…
– Вы заплатили? – переспросил тихий голос.
– Я могу показать вам банковские чеки!
– На что же вы потратили эти деньги?
– На оплату нужных сведений, естественно. Я нанял бывшего судью, у которого есть связи…
– На оплату сведений о Крафте?
– Что-что?
– О Крафте… О Кристофере?
– О ком?
– О нашем майоре, господин адвокат. О майоре.
– Если это ее кодовое имя, то да, да, о ней!
– Ее кодовое имя?
– Женщины. И двоих детей. Они вылетели на остров Монтсеррат. Клянусь, мне так сказали.
Раздался неожиданный щелчок, и связь прервалась.
<p>Глава 13</p>Рука Конклина судорожно сжимала телефонную трубку, лицо покрылось испариной. Положив трубку на место, он отпрянул от компьютера, со страхом на него оглядываясь, как на монстра, заманившего его в параллельный мир, где ничему нельзя верить и ничто не подчиняется привычным законам. Как такое возможно? Каким образом Рэндольф Гейтс узнал про остров Монтсеррат, про Мари и детей? Как?
В голове Алекса царил хаос, мысли сталкивались друг с другом. С бешено стучащим сердцем он опустился в кресло, не зная, что и думать. Его левая рука сжала правое запястье, ногти впились в кожу. Он должен успокоиться, должен что-нибудь придумать – что-нибудь предпринять! Ради жены и детей Дэвида.
Но какая связь существовала между всеми этими людьми? Да и возможна ли такая связь? Казалась нереальной даже невольная причастность Гейтса к деятельности «Медузы», не то что его связь с Карлосом-Шакалом. Это просто невозможно! Но по всему выходило, что такая связь существовала. Неужели Карлос был частью «Медузы», к которой принадлежал Свайн? Все, что им было известно про Шакала, решительно говорило об обратном. Сила этого убийцы в том и заключалась, что он не принадлежал ни к одной организации; Джейсон Борн доказал это тринадцать лет назад в Париже. Никто не мог найти Шакала самостоятельно, необходимо было послать сообщение, и он сам выходил на связь. Единственной организацией, которую признавал международный наемный киллер, была армия его стариков, раскинувшая свои сети от Средиземного моря до Балтики; в нее входили всевозможные отбросы общества, влачившие жалкое существование и щедро одаренные им преступники, готовые умереть за своего благодетеля. Какое же место занимал – мог занимать – в происходящем такой человек, как Рэндольф Гейтс?
