Стоит упомянуть, что люди в ходе последней мировой войны использовали кучу разнообразного арсенала, и эхо от этого кошмара разносилось до сих пор: в земле ещё оставались противопехотные мины и умные ловушки, кое-где ещё водились энцефалитные клещи и чумные блохи, по земле бродили бешеные койоты, волки, крысы и даже медведи, уже давно никто не видел чистых источников питьевой воды и плодородных земель, а в воздухе до сих пор витала токсичная пыль. Но последним гвоздём в гробе цивилизации стала именно белая чума. Это была специальная бактериальная субстанция, созданная для переработки пластика. Её весьма аккуратно использовали в чанах на заводах рядом с помойками, которых стало слишком много. И всё было просто прекрасно, пока не началась Третья Мировая Война. В первую очередь люди забросали друг друга дальнобойными ракетами и попытались уничтожить вражескую инфраструктуру, потом пошёл десант и армии вторжения. Заводы по переработке пластика оказались разбитыми и бесхозными. Никто не следил за бактериальной субстанцией, так как у людей нашлись более срочные дела по взаимному уничтожению. В это время никто просто не приближался к помойкам и не занимался этой проблемой.
А субстанция пыталась выжить, она развивалась и пожирала всю доступную органику и вещества вокруг себя, сначала она распространялась очень медленно, буквально растекаясь вширь и преодолевая преграды. Потом она стала чахнуть и высыхать. Казалось, что полупереработанная жижа, внутри которой она существовала, вскоре исчезнет и проблема решится сама собой. Но вместо этого жижа стала легковоспламеняемой. Начались грандиозные пожары, пепел от которых распространился на многие и многие километры вокруг, этот пепел нёс споры бактерий, способные существовать десятилетия. В один момент стало слишком поздно. Субстанция внедрилась в биосферу Земли, теперь она была в воде, в земле и в воздухе, теперь её распространение ничто не могло остановить. Естественно, её пытались травить, но эта штука могла приспособиться к любой химии, через какое-то время любой яд становился для неё новой едой. Лишь очень высокие температуры и сильное излучение убивали эти бактерии, но такое лекарство было немногим лучше самой болезни.
Субстанция научилась разъедать ткань, большинство насекомых и простые растения. Колонии бактерий могли проникнуть даже внутрь дерева или изделий из кожи, но субстанция не могла их переварить, вызывая лишь частичное гниение. А вот металлы, бетон и песок оставались для неё полностью неуязвимы. Конечно, в умирающем мире ещё остались ценные вещи, скрытые в герметичных тайниках, но всё это было временным сокровищем, как только их извлекали на поверхность, то на них попадали споры и начинался неотвратимый процесс уничтожения. Поэтому единственным спасением стало создание бункеров и подземных городов. Все остальные были обречены на медленную и неизбежную смерть от белой чумы.
*** И снова к зомби ***
Робот «Санчо» продолжал колесить вокруг несчастного дома, прошло долгих пять минут, прежде чем показались первые зомбаки с тёмной кожей, они словно любопытные звери аккуратно ползли к цели, выглядывали из угла и смотрели на это чудо-техники. Они не понимали, что это такое, но чувствовали запах крови от куска мяса, который вёз за собой робот. Вначале побежал один, за ним второй и третий. Первый прыгнул за куском, но промахнулся, второй вцепился зубами, оторвал кусок и упал на землю, а вот третий впился когтями и затормозил робота. Брум скомандовал по рации через костюм:
— Санчо! Сбрасывай цепь и езжай на развалины, тебя не должны тронуть.
— Да, сэр! — скинул груз с помощью руки-манипулятора и отъехал подальше от мутантов.
Пока зомби делили добычу, Брум прицеливался к ним из окна чердака из револьвера, расстояние между ними было в пятнадцать метров, но его костюм помогал с наведением. Компьютер считывал информацию с датчиков, анализировал положение всего тела, параметры оружия, ветер и рисовал картинку в шлеме Брума, он буквально видел в своём шлеме примерную траекторию пули. Система наведения утверждала, что он попадёт ровно в коленную чашечку, но Брум хмыкнул и не поверил:
— Мне кажется ты ошибаешься на пару сантиметров, учитывая отдачу.
Брум нажал на спусковой крючок и всадил пулю в бедро, зомби упал и стал корчиться.
— Хм, неплохо, но всё-таки не туда… Попробуем ещё раз, — Бруму нравилось тестировать разнообразное оружие, к тому же таким образом он экономил кучу голды на боеприпасы, нормальная военная амуниция стоила примерно в десять раз больше, а эта вещь из старых гражданских запасов продавалась по бросовым ценам, всего лишь одна голда за патрон и десять за сам револьвер.
— Бум! Бум! Вот, это уже как надо, теперь далеко не убежите и ни на кого не прыгнете. Как же круто выглядит эта штука, — помахал пушкой, — не даром с револьвером Smith and Wesson ходил Грязный Гарри.