Потому что Самуил Яковлевич был буквально помешан на своём предмете и всегда старался рассказать обо всём сразу. От этого его объяснения были довольно путанными и часто малопонятными.
Так вот, Самуил Яковлевич пришёл к Чундикову во сне и дал какую-то бумажку.
– Тебе передали, Гриш! – сказал он и исчез.
Чундиков хотел спросить, кто, но не успел. Он развернул бумажку. Там было решение проблемки. От неожиданности Чундиков проснулся. Но формулу запомнил. Он тут же записал её дрожащей рукой в блокнот, который всегда лежал на прикроватной тумбочке.
Через неделю прибор был готов. Он представлял собой подобие градусника со шкалой до ста пятидесяти единиц. По идее включённый прибор нужно было поднести к работнику, и индикатор тут же должен высветить процент выработки и сумму заработанного.
Чундиков поднёс прибор к себе и включил его. Индикатор зашкалил за сто пятьдесят единиц. Это означало, что он, Григорий Петрович Чундиков, создал гениальное изобретение. То есть произвёл нечеловеческую работу.
Тут же высветился денежный эквивалент – миллион долларов. Размер Нобелевской премии.
Дальнейшие действия Чундикова походили на действия ребёнка, в руки которому попала интересная игрушка. Он начал измерять сумму реально заработанного у всех домочадцев.
У кота Гергуши заработок равнялся нулю. И это неудивительно: целыми днями он лежал в кресле без движения, как огромная чёрная шапка.
У жены, которая из пары пустяков готовила обед, сумма заработанного составила девятьсот пять рублей шестьдесят копеек.
У пришедших со школы Дуси и Туси – два и три рубля соответственно. Как только прибор это показал, девочки в один голос заревели: они получили двойки за сочинение.
Чундиков был в восторге. Прибор работал как часы.
Чтобы дать своему детищу ход, Чундиков стал обивать пороги различных учреждений. И всюду его встречали хорошие, открытые для взяток люди. То бишь чиновники. Но, увы, дать им было нечего. Кроме кукиша, естественно. Поэтому и футболили они его от всей души. Развлекались как хотели.
И всё-таки до министра Чундиков дошёл. Им оказался моложавый мужчина с внимательными глазками и интересной фамилией – Нетудысуйко Филипп Петрович.
– Слышал, слышал, про Ваш чудо-прибор! – бодро начал министр, едва Чундиков зашёл в кабинет. – И что же Вы хотите?
– Поставить прибор на службу государству, – произнёс Чундиков заранее заготовленную фразу.
– Похвально, похвально, – пробарабанил министр пальцами по столу. – А не могли бы Вы показать действие Вашего прибора на сотрудниках нашего министерства?
– Мог бы, – растерянно сказал Чундиков. Честно говоря, он не ожидал такого поворота событий.
– Вот и ладненько. Пойдёмте, протестируем весь отдел, – министр поднялся из-за стола, и они пошли по кабинетам.
Казалось, Жар-птица успеха была уже у Чундикова в руках. Но тут случился элементарный облом: прибор забарахлил. Он всем показывал одну и ту же сумму заработанного – сто рублей.
Чундиков краснел, бледнел, бормотал извинения и порывался уйти. Но министр настоял на полном проведении замеров. Более того, после тестирования сотрудников он пригласил Чундикова в свой кабинет.
На ватных ногах Чундиков пошёл. Он чувствовал себя шарлатаном.
В кабинете министра Чундиков стал истово извиняться:
– Вы простите, но я это… того…
– Да бросьте Вы, – отмахнулся министр от назойливых оправданий. – Ваш прибор исправен. Просто сегодня сотрудники неважно сработали. А изобретение Ваше мне понравилось. Оно идеально вписывается в нашу концепцию нанотехнологий. Мы его сразу же запустим в серийное производство. Но при одном условии.
– Каком? – напрягся Чундиков.
– Если объём реально заработанного чиновниками прибор будет в двадцать раз увеличивать, а объём реально заработанного бюджетниками – в двадцать раз уменьшать.
– Почему именно в двадцать? – опешил Чундиков.
– Для соблюдения принципа амбивалентности, – туманно пояснил министр. – Поверьте мне на слово, у чиновников хлопот хватает и без этого чудо-изобретения, – добавил он.
– Извините, а как же один и тот же прибор может показывать по-разному?
– А Вы предоставьте два. ОРЗ-1 будет учитывать якобы реальный заработок чиновников, а ОРЗ-2 – бюджетников.
– Но ведь это обман, – не сдержался Чундиков.
– Зачем же так резко? – приподнял министр левую бровь. – Просто дифференцированный подход, не более того. Впрочем, если Вы не согласны, то я Вас не держу.
– А можно я подумаю? – робко спросил Чундиков.
– Конечно, – сухо ответил министр и нажал кнопку на столе.
В кабинет, блистая длинными ногами, вошла молоденькая секретарша.
– Оксана Марковна, дайте Григорию Ивановичу наш телефон. Он завтра в первой половине дня Вам позвонит. А Вы мне потом сразу же доложите.
– Хорошо, Филипп Петрович, – с готовностью проговорила секретарша.
– До свидания, – попрощался Чундиков с министром и последовал вслед за Оксаной.
Короче, когда к утру Чундиков очнулся то ли от яви, то ли от сна, решение у него вызрело. Он позвонил в министерство и сказал:
– Я согласен.
В тот же день Чундикова назначили руководителем Нанотехнологического центра «Аут».
