Улыбка смерти на устах полностью

На стрелку в кафе «Тамбовский волк» я прибыл за полчаса до назначенного срока. Да, события последних дней – убийства Мачниковой и Бурагина, задержание режиссера – как-то отодвинули первоначальных подозреваемых. Но что, если (думалось мне) клуб самоубийц – лишь прикрытие, дымовая завеса? Да, скорее всего Порецкого исполнила медсестра Мачникова – согласен. Но, может, она исполняла заказ? За которым стоит та же дочка убиенного энергетика, Юля Камышникова? Или Геннадий Колыванов, ухажер Полины?

Я уселся на веранде. Вечерело, но было не холодно. По Остоженке катили понтовые лимузины, вспыхивали стоп-сигналы.

Судя по меню (и названию), заведение специализировалось на мясе. Я решил, пока клиентка не появилась, подзаправиться.

Ведь, кроме прочего, готовка – это не про мою Римку. Максимум, что от нее можно ожидать, – пиццу закажет с доставкой. Или бутер сообразит. Не скрою: ее скромные успехи в хозяйствовании тоже останавливали меня от того, чтобы легализовать с ней отношения. Хочется все-таки, чтобы в доме борщом пахло и носочки были аккуратно в платяном ящике разложены.

Я заказал стейк средней прожарки за сумасшедшие деньги. Хорошо бы с ним управиться до прихода Порецкой, чтоб не ехидничала, что я, дескать, за ее счет мясо ем. Пусть не боится, кстати, – не за ее. Однако официанты в заведении оказались важные и ленивые. Блюдо принесли одновременно с явлением заказчицы. Она никак мою трапезу не прокомментировала, лишь скомандовала официанту:

– Это вы ему стейк принесли? Какой? Рибай? Дайте и мне такой же. Но степень прожарки – с кровью. И красного вина.

Девушка совсем не выглядела выпившей – по телефону мне почудилось – и казалась усталой. Бедные они, эти современные девки. Приходится им впахивать, развивать карьеру. Нет, чтобы сидеть за пяльцами или выстаивать обедни да глазами зыркать – женихов приманивать.

Однако даже в утомленном виде смотрелась Порецкая что надо. Такие тонкие и пропорциональные черты – на нее даже с соседних столов заглядывались: бабы – ревниво, мужики – с вожделением (и мне при этом завидовали).

Вино ей принесли тут же, она пригубила и бросила мне сухо:

– Давайте о деле.

О деле так о деле. В сущности, я за этим сюда пришел.

Да, нам с Порецкой-младшей самое время объясниться: насколько глубоко копать мне дальше. И готова ли заказчица эти мои изыскания оплачивать.

– Вы в пятнашки в детстве играли? – спросил я.

– В пятнашки? – переспросила она, словно я говорил на иностранном языке. Или употребил мудреный термин из высшей математики.

– Ну да. В салки. В догонялки.

– Ммм, да, – ответила она не слишком уверенно.

– Суть в том, – напомнил я, – что ведущий должен догнать и запятнать играющего. И тогда тот, в свою очередь, начинает всех догонять.

– При чем здесь это? – официальным тоном переспросила она.

Я слегка разозлился, но тут ей как раз принесли стейк – не в пример быстрее моего. Когда подавальщик отошел, я пояснил:

– Пятнашки, говорят, это модель распространения чумы. Или холеры. Поэтому именно в девятнадцатом веке, во время вспышек эпидемий, игра стала популярной. Один как бы заражается, а потом начинает заражать других.

– При чем тут мой отец? И его убийство? – Ее белые зубки вонзились в окровавленный кусок мяса. Ела она аккуратно и, можно сказать, красиво.

– Практически не остается сомнений, – провозгласил я, – в том, кто является убийцей вашего отца. – Ее лицо дрогнуло, она жалко сморгнула. – Однако его гибель, как оказалось, лишь одно звено в целой цепи преступлений.

И я рассказал ей всё. Как её отец познакомился с Ольгой Мачниковой. И как молодая медсестра убила его, замаскировав преступление под суицид.

Глаза девушки набухли слезами. Она резко отодвинула тарелку. Подскочил официант.

– Вам что-то не понравилось? – спросил встревоженно.

– Все хорошо, – рявкнула Полина. – У меня нет аппетита. Унесите.

Девушка сдержала себя. Слезы не потекли.

Я не стал утешать ее, однако повествовал дальше. Поведал, как мы установили медсестру-убийцу и начали за ней слежку. И я затем нашел хладный труп Мачниковой в ее собственной постели. И все указывало, что расправился с ней рекламщик и бывший певец Бурагин, замаскировав свое преступление под передоз. И как потом самого Бурагина отравили – вчера по окончании шоу «Три шага до миллиона».

– Ах вот оно что! Об этой смерти все СМИ сегодня кричат.

– Мне удалось установить, – сказал я, исключая из уравнения Римку, – кто стал убийцей на телешоу. Я задержал его и вынудил во всем признаться. И рассказать о мотиве преступления.

– И?..

– И вот тут как раз всплывают пятнашки. И образ заражения. – И я кратко изложил сегодняшний рассказ Тучкова: клуб самоубийц, люди в масках и кукловод, организатор цепи: господин Клибанов, кто бы он ни был.