Сейчас Талин стал страшным. Из него просто перло диктаторство. Малейшее отклонение в действиях от линии, которую он определил, как единственно правильную и непоколебимую, вызывали бурю эмоций и всегда на грани агрессии.
Вот и сейчас «козлом отпущения» был назначен Генка Швед.
— Еще один такой промах, Швед, и я лишу тебя женщины! — ревел Талин. Генкино лицо вспыхнуло гневным румянцем, мельком глянув на Аленку он собрался сказать, что-то мощно обидное в свою защиту и оправдание, но увидев, как Аленка отрицательно мотнула головой, как бы за ранее прося остановиться, а за спиной Талина Клепа приложил палец к губам, взглядом умоляя промолчать, передумал.
— Клепа и Герыч, на тот край острова, Зезя и Бача на другой край. Осмотритесь, не выходя на берег, где есть эти твари, а где сможем проскочить.
Повернувшись в сторону Козаковой, которую, как всегда, окружали все девочки, он крикнул: — Римка, пусть мне принесут тушенку и хлеб.
Речной островок, на котором они нашли убежище, был размером в половину футбольного поля и имел форму заостренного мяча для регби. Вся его площадь была заросшая молодыми и старыми вербами, ветви которых свисая до земли и воды, надежно закрывали беглецов от ненужных взглядов. Часть берега заросло камышом.
Протоки, огибающие островок, были разной ширины. От острова, до правого по течению реки берега, где они вынужденно высадились из автобуса, было метров семьдесят, и глубина максимум доходила до груди самой низкорослой Верке Золотаревой. А вот протока от левого берега хоть и была узкой, не более пятнадцати-двадцати метров, но судя по скорости течения и крутости берегов, имела значительно большую глубину.
Ребята с осмотра острова вернулись одновременно. — Ну, как там обстановка, что видели, — спросил Талин, отправив ножом очередной кусок мяса в рот.
— На острове много тропинок и полянок со старыми кострищами. Видно сюда любят на шашлыки выезжать, — первым начал докладывать Клепа. — Зомби нас потеряли из виду, но не уходят.
— Угу, растянулись вдоль берега и стоят. Но смотрят все в разные стороны, — дополнил товарища Бача, ходивший в другую сторону. По другому берегу никого не заметили. В камышах есть проходы выше и ниже по течению реки.
Для Талина, по активности и характеру, Бача и Клепа были на второй позиции, после Шведа и Рыжего, которого уже начинал оттирать на второй план, ныне покойный Черт. К Герычу и Зезе он относился как временному балласту. Ни инициативы, ни активности при выполнении поручений. «Ну, пусть пока хотя бы тяжести таскают с запасом продуктов, а дальше посмотрим, может ломать придется, а может возвысить, что бы лидеры чувствовали в затылок дыханье конкурентов», — думал Талин. Злость на самого себя, которую он выплеснул на Шведа, отпустила. — Швед, иди сюда.
— Тут оставаться резона нет, погода может измениться и нигде не укроемся. Надо перебраться на левый берег, а поэтому сушить одежду резона нет. Возьми Бачу с Клепой и плывите на тот берег. Осмотритесь там по-тихому и от маячите нам, если опасности нет.
Ребята начали собирать свои, уже развешенные для просушки на ветвях, вещи. — Да, вот еще. Течение быстрое, вы с того края заходите, где река разделяется. Пока доплывете, сюда, примерно снесет.
— Эй, Рыжий, подтягивай всех к берегу и будем форсировать протоку, — и подойдя к краю воды, швырнул в нее пустую жестяную банку. — Приличная скорость, — глядя на уносившуюся вдаль банку проговорил Иван. — И глубина тут «с ручками» даже мне.
— Слышь, Рыжий, ты девочку себе уже выбрал? Или после переправы? А то ведь не все на тот берег могут добраться. Или на синетрусой русалке остановишься.
— Остановлюсь, — пробурчал в ответ Махно.
— Посмотрим, как ты ее в воду тащить будешь, — хохотнул Талин и отвернулся к противоположному берегу, на который первым уже выбирался Бача. — Как глубина, парни?
Клепа, чтобы не кричать, поднял руку вверх и жестом показал, что до дна он не достал.
— Не ной только, — прошептал Вовка, начавшей поскуливать Ирине. — Я знаю, как тебя на тот берег переправить. Будешь слушать или ныть?
— Буду. Только не бросайте меня.
— И твои вещи придется намочить. Не уберегу от влаги.
В это время Талин шагнув в воду, поплыл к другому берегу. За ним, так же сносимые в сторону теченьем, стали заходить остальные.
Римма оглянулась на парочку. — Плывите, Римма Александровна, мы сейчас догоним, — крикнул ей Рыжий. — Пошли, Иришка, — и взяв ее за руку, потянул в верхнюю часть острова.
