Этот диалог, эти слезы и эта обстановка… Всё казалось Джию таким странным и непонятным. Что такого могло случиться, что они такие расстроенные? Почему плачут? Быстро опомнившись, Ким отошла от двери и ушла в комнату к Тэхену. Уже потом всё встало «на свои места». Они пришли на кухню, где мама и бабушка (как обычно вновь веселые и бодрые) до отвала накормили их самыми вкусными блюдами, а после Тэхен вызвался проводить девушку и вызвал ей такси, которое отвезло её прямо домой.
На следующий день, утром, валяясь в кровати, собираясь и даже уже по пути в школу Джию всё не могла забыть весь вчерашний вечер. Она и правда всё это надолго запомнит, а особенно ту странную сцену и её диалог с мамой Тэхена перед её уходом. Пока Тэхен отвлекся и доедал свою порцию, женщина отвела девушку подальше, чтобы поговорить с глазу на глаз. Она сказала девушке довольно странные слова. Сказала, что она Тэхену действительно очень нравится, и чтобы она дорожила им и приняла его чувства, потому что парень очень чувствительный к подобному.
От мыслей о том, что Ким действительно может быть влюблен в такую, как она, Джию остановилась посреди дороги и приложила руки к горящим щекам. Солнце нещадно пекло затылок, прохожие ученики с неприкрытым удивлением косились на застывшую на месте одноклассницу, но той будто впервые было всё равно на взгляды людей вокруг. Она была полностью погружена в свои собственные мысли и переживания. Впервые за год.
— Эй, мышь, чего встала тут? — по плечу её кто-то пнул, и это заставило Ким прийти в себя. Она поправила очки, съехавшие с переносицы, и рюкзак. Перед ней встали Хандон и Гахён. Девушки были подругами, а ещё обе были так называемыми «холодными принцессами школы». Джию вдруг стало интересно, что им нужно от неё, ведь раньше они не задирали Джию, обычно это делала Дами со своими подружками.
— Просто задумалась, — тихо ответила Ким.
— Ах да, кстати, кажется Тэхен выполнил своё обещание? — сощурилась Гахён, будто что-то вспоминая. Джию замерла, вопросительно уставившись на этих двоих. Внутри зародилось не самое хорошее предчувствие.
— В-вы о чем?
— Наверное ты ещё не знаешь? Нам стоит сказать ей правду? Пусть не мучается? — спросила у Гахён Хандон, и та пожала плечами.
— Давай. А то мне жаль её уже… — Джию никак не понимала этого их диалога, поэтому только моргала глазками.
— В общем, — Хандон сложила руки на груди и подошла чуть ближе к Ким. Та вся напряглась. — Ходит слух, что у Тэхена и парней недавно завязался спор, и чтобы выполнить его, Тэхен должен был заставить мрачную девицу всея школы Ким Джию улыбнуться, что он с успехом и выполнил. Ну а дальше уже по списку: первые отношения, первый поцелуй, первый секс… Там много пунктиков. Ну ты поняла, — у Джию ком в горле встал от каждого сказанного слова. Снова. Это снова повторяется. То, чего она так боялась, снова повторяется. Да, Джию не наивная, чтобы так легко поверить «сплетням», но ведь многое сходится. Желание на улыбку?
« — Я просто хочу, чтобы ты улыбнулась мне. Тебе идет улыбка. Ты красивая, когда улыбаешься», — подобное она слышала на протяжении двух недель. Тэхен первый за этот год, кто просто так начал интересоваться ею и любезно обходиться с девушкой. Ему одному так хотелось добиться от неё улыбки. Зачем? Всё это неспроста. Ей и раньше его поведение казалось странным, но теперь она понимает. Многое сходится. Она снова чувствует себя кинутой… Снова чувствует себя преданной.
— Так вы уже целовались? Если да, то и второй пунктик он уже выполнил, — ухмыльнулся Гахён, беззаботно надувая пузырь из мятной жвачки. Джию попятилась назад и поджала губы, крепче сжимая пальцы на лямке рюкзака.
— Ой, только не плачь, пожалуйста. Я тебе это сказала не для того, чтобы до слез довести, — скривилась Хандон, закатывая глаза, и подняла руки в жесте «Я смываюсь», после чего они с Гахён испарились так же быстро, как и появились, а Джию, едва перебирая ногами, вся в своих мыслях двинулась в противоположную сторону от школы. Сейчас она была не в состоянии идти на уроки.
Давняя «рана», что почти зажила, вновь заболела, будто её расковыряли тупым ножом и оставили кровоточить. А тот, кто пытался её «исцелить», и был тем, кто сильнее всех её расковыривал.
— Ким Тэхен… — остановившись посреди тротуара, прошипела Джию и сжала руки в кулачки. — Ненавижу тебя…
